Ясли жизни Анатолий Казаков: Не грустите, мальчишки, вам ли расстраиваться, у вас всё впереди. Но ведь в этой самой грусти начинается взросление… они глядят на воспитательницу и понимают, что им больше уже не вернуться туда, в родной их детский садик. Это они так думают. Нет, братцы мои несмышлёныши! Вернётесь, когда детей своих в садик поведёте, потом внуков, и будете смотреть, как я теперь на первоклашек с воспитателем. Только прошу, продолжайтесь… Ясли жизни… |  | О потомках А.С. Пушкина (о книге И.Н. Панина «Наследники Пушкина») Павел Алексеев: Иван Панин к биографии поэта обращается не в первый раз. Новая книга рассказывает о детях Пушкина, о том, как сложилась их судьба после смерти поэта, о местах, связанных с их жизнью, и о наследстве, доставшемся им от отца. Прослеживается история имений: Михайловское, Болдино, Полотняный Завод, Ярополец, Лопасня-Зачатьевское, а также посмертная судьба архива писателя, его рукописей, писем, дневников и библиотеки… |
Одноклассники Юрий Поклад: В агрессии людей, объединившихся в стаю, есть элемент изуверства, основная особенность которого в том, что объект агрессии оказывается ввергнутым в одиночество, которое заставляет его сосредоточиться, он обретает особого рода мудрость, которая оплачивается страданиями… | | Есть только миг... Евгения Пищулина: Грусть – чувство тёплое, однако. Нет в ней боли. Уныния грешного в ней тоже нет. Есть лишь притихшая в раздумиях душа, в глубинную стремящаяся суть… |
Под небом памяти моей Владимир Спектор:
В области сердца – сердечная смута.
Сердце – не камень, и кровь – не вода.
Кто-то когда-то расскажет кому-то,
Как переходит «всегда» в «никогда»… | | Курьер Юрий Михайлов: Второй раз он попал в столицу с рекомендацией от газеты для поступления в МГУ. На красивом бланке одним большим абзацем был написан текст: Павел Столетов работает курьером в областной молодёжной газете, и его рекомендуют на заочное обучение факультета журналистики… |
