Как я стал журналистом в СССР, Или история первой публикации

1

136 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 121 (май 2019)

РУБРИКА: Память

АВТОР: Бузни Евгений Николаевич

 

Накануне советского Дня печати мне захотелось просмотреть архивы своих публикаций, которые бережно хранятся в папках. Я давно уже являюсь членом Союза журналистов. У мня набралось более двух с половиной тысяч публикаций в бумажных изданиях, а сколько теперь в интернете, мне даже в голову не приходит считать. Но вот, перебирая вырезки моих статей, стихов, очерков и рассказов из газет и журналов, я, естественно, наткнулся на свою самую первую газетную публикацию, датированную ещё первым марта 1963 года. То есть в прошлом году я должен был бы отмечать 65 лет моей журналистской деятельности. А история этой заметки, я не могу её назвать статьёй, несколько необычна.

 

В то время я даже не помышлял о журналистике. Только что вернувшегося из армии, где я прослужил без месяца три года, меня неожиданно  пригласили работать в Ялтинский горком комсомола инструктором по промышленным предприятиям. Под моим началом, если можно так выразиться, было около десяти тысяч комсомольцев. Что мы с ними делали тогда, даже трудно себе сейчас представить. И в походы по горам партизанскими тропами ходили, и вечера отдыха в комсомольско-молодёжных кафе проводили, и диспуты устраивали, и рейдовые проверки магазинов на предмет обвеса и обсчёта покупателей городским штабом «комсомольского прожектора» организовывали, и комсомольские свадьбы, и спортивные состязания, и чего только не придумывали. Так что занят я был практически с утра до вечера. Дома меня видели только за завтраком да ужином, да когда спать ложился. Если днём заскакивал в квартиру, то телефон звонил всенепременно, и мама, беря трубку, вопросительно смотрела на меня, чтобы уловить по кивку головы, мол, дома ли я или уже убежал, перехватив наскоро бутерброд с кабачковой икрой.

 

Это были незабываемые дни, полные впечатлений, которые, конечно, просились на бумагу и в печать, но думать об этом было некогда. Кроме того, я был обыкновенным выпускником десятилетки, школы № 6 города Ялты и только мечтал об учёбе в каком-нибудь вузе, полагая, что все для меня открыты, нужно только найти время для подготовки к экзаменам. Помню, как, получив в школе аттестат зрелости, я вышел совершенно счастливый, спрашивая себя: «Ну вот, что ты хочешь? Перед тобой все дороги открыты. Выбирай, строй свою жизнь». Но к институту, мне казалось, я ещё не был готов и пошёл работать на Ялтинскую киностудию помощником звукооператора. Год проработал и поехал в Киев поступать в университет на юридический факультет. Экзамены сдал, но по баллам конкурс не проходил, зато мне предложили там же с моими баллами поступить на заочное отделение. Я согласился и стал студентом университета. И этой же зимой поехал на сессию. И какая незадача: в это же время меня вызвал военкомат для прохождения срочной службы. Тогда освобождение заочникам не давали. И я пошёл в армию, гордо прикрепив на гимнастёрку университетский значок.

 

Поэтому, вернувшись со службы, и работая уже в горкоме комсомола, я был ещё студентом университета, но уже усомнился в желании стать юристом, а возмечтал о дипломатической карьере или работе переводчика. Однако для такой учёбы нужна была соответствующая подготовка. А когда? Целыми днями занят по уши. Вот однажды посылают меня в Алупку проверить работу детского дома. Я, хоть и отвечал за работу промышленного сектора, но был членом штаба «Комсомольского прожектора», а позже и возглавил его работу, поэтому меня и отправили туда, откуда у нас были сигналы о непорядках.

 

Как работника горкома комсомола, меня стали водить по всему детскому дому. То, что я там увидел, меня потрясло до глубины души. Директора, правда, на месте не оказалось. Как потом выяснилось, он в это время был вызван в Киев для вручения какой-то награды. Крым тогда уже девять лет был украинской областью. Ходил я по территории детского учреждения без главного его хозяина и не мог высказать ему своё комсомольское фе, когда даже во дворе наткнулся на открытый канализационный люк, в который свободно мог попасть кто-то из шаливших рядом детей.

 

Возвратившись в горком, я тут же написал справку обо всех замеченных недостатках. И надо же было так случиться, что на следующий день к нам в горком пришёл корреспондент местной «Курортной газеты» поинтересоваться комсомольскими делами. Я не нашёл ничего лучше, чем дать журналисту мою справку в качестве примера того, чем мы занимаемся. А через день в газете вышла заметка под моей фамилией. Она небольшая, я могу её процитировать полностью, как она была опубликована:

                                          

«ТРЕБУЕТСЯ ХОЗЯИН…

Создаётся впечатление, что в детском доме № 1 больше всего любят морские виды – многочисленные картины с изображением морской стихии вкривь и вкось висят почти на всех стенах. Почему «вкривь и вкось»? Да по той же причине, по какой шторы в здешнем кинозале вообще полу-оборваны: детишки до них дотянуться не могут.

А взрослые? Им не до этого. Чем они заняты – неизвестно, но даже в кабинете директора Н.А. Касимова царит полнейший беспорядок.

Детдом называется санаторным, и это вызывает удивление. Странное представление у здешних дядей и тётей о санаторных условиях. Форточек нет, помещения не проветриваются… То есть, они проветриваются но лишь за счёт того, что здесь нет двойных рам и стёкла нигде не проклеены. В щели дует – значит, проветривается.

Тёмные стены, тусклое освещение, пыль и паутина, холод и антисанитария… Так и хочется дать объявление: «Детскому дому № 1 требуется хороший хозяин…»

 Евг. Бузни,

член городского штаба

«Комсомольского прожектора».

 

Надо ли говорить читателю, в какой шок привела меня эта заметка, написанная журналистом по материалу моей справки? Я даже пошёл в редакцию высказать своё недовольство тем, что в статье резко ругают работников, на что мне зам. главного редактора сказал со смехом: «Чего ты, Женя, возмущаешься? Ведь написана правда. А кто в этом безобразии виноват? Люди. Вот ты их и выругал. А за это получишь три рубля в кассе. Купишь себе носки».

Так думал газетчик. А директор санатория, вернувшийся из Киева с наградой, был совсем другого мнения. Он примчался в горком комсомола с криком: «Как так можно ругать его, заслуженного педагога?»

Первый секретарь горкома Борис Булахов тут же вызвал меня к себе в кабинет и представил кипятящемуся директору: «Вот автор статьи. Говорите с ним».

 

Я, разумеется, не ожидал такого от шефа, но не растерялся, а предложил директору прочитать мою справку, на основании которой заварился сыр-бор. Директор прочитал документ с изложением ещё большего числа недостатков и вынужден был признаться, что справка написана грамотно и не столь вызывающе, как статья, и претензии надо предъявлять редакции, ну да кто же будет с нею ссориться, тем более, что факты отражены верно.

Зато я после этой моей первой публикации понял, что нужно самому писать, раз моя фамилия появилась в газете, и все мои знакомые меня хвалят. Почти через год в той же «Курортной газете» появилась моя собственная статья «В столицу за опытом», в которой я рассказываю о том, как группа комсомольских активистов Ялты поехала в Москву делиться опытом работы «Комсомольского прожектора», проведения молодёжных вечеров и других мероприятий. Потом появились статьи о ялтинских комсомольцах и вообще о хороших людях. Вскоре я стал внештатным сотрудником «Курортной газеты», а чуть позже и членом литературного объединения при газете, так как в ней публиковали не только мои статьи, но и стихи, очерки, рассказы. Потом я успешно поступил и закончил учёбу на факультете иностранных языков Симферопольского государственного университета, ездил за границу в качестве переводчика и продолжал писать теперь уже не только в Ялтинскую газету, но и в центральную печать о своих впечатлениях.

В одно из моих возвращений из зарубежной командировки в редакции моей любимой ялтинской газеты меня торжественно приняли в Союз журналистов. Так я стал советским журналистом. А как же иначе? Ведь мои материалы публиковались в центральных журналах «Вокруг света», «Природа и человек», «Пионер», «Юный натуралист», «Азия и Африка сегодня», в газетах «За рубежом», «Советская Россия», «Социалистическая индустрия», «Учительская газета» и многих других изданиях.

 

А ведь всё началось со скандальной заметки «Требуется хозяин».  Тогда она сыграла свою роль: недостатки в детском доме были устранены. Это было советское время.

 

 

 

 

Правильный выбор паркетного клея – это залог удачной укладки паркета. Клей выбирается, исходя из нескольких показателей. Например, породы древесины, из которой сделан паркет. Ведь всякое дерево обладает уникальными характеристиками. В интернет-магазине «Клеим Паркет» https://www.kleim-parket.ru/catalog/klej-dlja-parketa-66/ вы сможете подобрать практически любой клей для любого паркета.

 

   
Нравится
   
Комментарии
Алексей Курганов
2019/05/07, 10:16:21
То есть, по образованию вы не журналист?
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Яндекс цитирования
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов