Колдунья

2

665 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 115 (ноябрь 2018)

РУБРИКА: Проза

АВТОР: Юрьев Андрей

 

- Ну что, колдунья Черепановская, что напророчишь на такой-то выезд?

- Ох, Саш, подруги, когда замуж выходила, спрашивали: «За Юлиева? С ума сошла?! Они словом убить могут! Намучаешься!»

Дядя Саша, по злобе чьей-то прозванный сельчанами Полчеловека, хмыкнул, повертел вихрастой головой от Галины к предводителю «похода» Евгению Юлиеву и к младшим «юлятам», мерявшим резиновые сапоги. Денис одной рукой сграбастал кошку и трепал за шиворот: «Кто гнездо ласточкино разорил? Ну, животное, обжора, признавайся!» Алексей, противно шипя, полушептал что-то: «шибзданутые рыбаки, что хорошего в грязи и холоде торчать?» - или что-то еще резче? Уже не узнать. Уже побросали в «Запорожцы» рюкзаки. Уже привязали к багажникам на крышах зачехленные удочки. Пора! Скоро рассвет, пора-пора!

Бабушки и матери на прощанье крестили отъезжавших, и только Галя, горестно покачав головой при виде втянутой в салон машины сумки с поллитрами, брызнула слезами: «Когда ты захлебнешься ею?» - и едва процедила, - «что с мальчишками случится, хоть простынут… не возвращайся!»

Женек огладил брезентовую сумищу: «Невеста белая, подруга-разведенка, чуть не оставили!»

- Сашок! – прокричал дед из окошка машины подковылявшему к своему авто зятю. – Водку где брал? Не траванемся? Ну ладно, ладно!

Выехали.

 

 

***

 

- Тарлали-тала-папарлам! – горланил дед Иван, одной рукой придерживая руль раздолбанного «Запора», другой бегая по воображаемым кнопкам гармони.

- Когда я вырасту, - наклонился Алексей к Дениске, - просто обязательно куплю себе наушники. Чтобы ничего вот этого вот не слышать, только настоящая музыка. Как – какая? Гитарная. Гитары обожаю!

Денис, Женькин любимчик, усмехнулся: «Ты купишь! Я! Мне! Мне папа купит! А ты расти, расти!»

Сестра Татьяна потерла пятнышко на рыбацких брезентовых штанишках, одно, другое, вот это, ааа, пофиг! И тихо напела: «Все мальчишки дураки, все девчонки умницы!» «Мечтай!» - ткнул ее Денис локтем под ребро и дети сцепились, ворочаясь на груде плащей, ватников и полушубков.

- А ты хочешь мира, - внезапно прервал песню дед, поправляя зеркальце заднего вида и вглядываясь в отражение Лёшкиных карих глаз. – Кто лучше! Понь ты? Нет, понь?

- Понимаю, - спокойно ответил Алексей. – Я не против Бога, я мира его не приемлю!

- Эт что? В книжках твоих так написано? Читака! Чем мир-толучшеможет быть? Не греши да живи у Бога за пазухой! А ежели в голове кавардак от книжек ваших, то Сатана тебе враз всё исподлянит.

- Можно подумать, ты никаких книжек не читал. Вот это откуда взял, эти мысли? По воздуху прилетели? – Алексей, тихо улыбаясь, нарисовал на запотевшем стекле первую букву чьего-то имени.

- Поёрничай, интеллигенция гнилая! – нахмурился дед и погрозил кулаком, поглядывая в зеркальце. – Читай Евангелия да не умничай!

- Ой, дед Вань, опять? Не боишься рюмочки перед поездкой? Я тебе не мешаю? Или мне выйти?

- Попугай меня, попугай! Гляди и правда высажу, побежишь следом. Или куковать будешь, пока вечером обратно не поедем!

- Да хватит уже! – Таня ловко ткнула Дениса в живот и оттолкнула посильнее. – Вы, Юлиевы, прицепчивые, как бешеные всё равно.

- О! Гляди-ко! – Иван Георгиевич уставил палец в лобовое стекло. – Гравий, гравий, гравий, кучи какие! С тележкой бы сюда, потаскать чуток!

Леша проследил за проскользнувшими слева в сумерках пирамидами дробленого камня и гальки. Что-то как-то слишком широко они насыпаны на дороге… Ну да ладно.

Из-за горизонта показался краешек солнечного диска, и машина, наехав на еще дрожащие лучи, пронеслась по ним прямо в центр светила! Алексей мотнул головой, отогнав грезу, и зарылся подальше от света в драную шубу.

 

 

***

 

- Вставай, засоня! – Денис больно так пнул в подошву. – Давно приехали, уже выгрузили всё!

Леша с гудящей от пересыпа головой выкарабкался из салона – кроме водительского, сидений в нем не было, пространство под передней панелью было забито пустыми садками, одним мешком с прикормом и вторым с откормленным петухом – вечером после ловли будет тройная уха по-монастырски. Как это? Да просто! Варится куриный бульон из целогопети, а в нем отваривается три заброса рыбы. Взвар такой, что ложка стоймя стоит в котелке. Нет, серьезно!

Полчел… Тьфу! Дядя Саша ловко разматывал одной рукой свертки с удилищами, последний раз осматривал поплавки и крючки, засыпал в котелки прикорм-отруби – на элеваторе в отдельной секции рыбакам выдавали за… Сколько, интересно, ящиков поллитровок сторожа таскали за рыбацкий сезон?

- Эй, мои! – окликнул Евгений. – Полезайте в лодку!

Лешка не двинулся с места. Лодки-то двухместные. Дениска бодро прошлепал по отмели и загрузился в надутый баллон с приклеенным брезентовым днищем:

- Прикорм буду кидать! – и высунул язык оставшимся на берегу Алексею Евгеньевичу и Татьяне Александровне. – Толку от вас!

Дядя Саша, удивленно проводив взглядом лодку Евгения, запричесывался, закашлялся, прикурил, щурясь…

- А, черт с ним, полезайте оба ко мне!

 

 

***

 

- Отец твой видишь, у ямы встал, там течение тише и поклевки больше. Ну а мы вот сюда притулимся, к камышам, тут карась его чавкает, слышишь – хлуп-хлуп! – полушепотом на ухо сообщал дядя Саша Леше, уныло оглядывающему реку. – Тут мастерство надо, чтобы леска в заросли не попала и чтоб за стебли под водой крючок не зацепился…

«Что за удовольствие горбиться над удочкой?» - злился Алексей. – «Прошли бы с этим… как его… бре-диш-ком… с ним. И ведро рыбы вытащили бы!»

- Глубоко тут, в рост, с бреднем не пройти, - пробормотал однорукий и у Лехи даже пальцы похолодели.

- Всему-то их, городских, учить надо! – важно проговорила Татьяна Санна и в испуге прихлопнула рот ладонью.

- Кхм, - улыбнулся Александр Петрович, выпрямил спину, прищурился – сек! подсек! – и выловил слегка золотистую рыбину. Алексей огляделся. Денис махал, показывал что-то на пальцах и корчил рожи. Юлиев-средний скрипнул зубами: «Рыба, ловись, сейчас!» - на солнечной дорожке бежала рябь, покачивая поплавок. По воде промчалась сухонькая палочка на ножках-иглах – водомерка. Коричневые головы камыша, то ли на сигары похожие, то ли на замшевые сардельки, то ли на толстые пальцы, кланялись под еле движущимся воздухом. Стрекозы зависали над камышовой гаванью, и поплавок качался, качался…

- Не нервничай, Лексей. Это волны! – и дядя Саша снисходительно улыбается, глядя, как Леша, не спросясь, слегка подсекнув удилищем на самую малость влево… И уже обмирает, шепча: «Тяни, тяни», - а Юлиев и так тянет позолоченного короля карасей!

Вот! Так! Не учить! Сколько раз говорил! Интуиция! Еще один в корзинку!

- Алексей Евгенич, наше почтение! Что-то садка вашего не видать! – ерничает дед, подтягивая на отмель к себе лодку, и Татьяна, раскрасневшаяся, поднимает наполовину полную проволочную корзину, смеясь:

- Это что, мой-то! Лешка-то, Лешка! С первого раза всех уел!

- Да, Алексей знатный рыбарь, оказывается, ни одна не сорвалась! Тащи, Леш, запечем на углях немного из твоего улова.

И Денис замер, ожидая, пока старший брат отвяжет шнурок от кольца-уключины на борту лодки… И Евгений, глотнув еще и еще, отдувается и закручивает винтовую пробку поллитровки… А садка нет.

То есть как нет? Полный садок? Размокший шнур перетерся? Ну, теперь русалкам пир горой!

Евгений щурится и коротко бросает: «Лопух!»

 

 

***

 

- А поезжал бы ты домой к матери, что ли, Лешенька, - после очередных трех глотков промямлил старший Юлиев. – Не судьба тебе, видно, мужичьим делом заниматься. Ты там это… Почитаешь чего-нибудь, у Александра Петровича библиотека обширная.

- Ох ты ж, - прижал сердце дед. – Опять!.. Сети-то рваные, кто проверял? Съезжу в Переволоцк, нитки для сети возьму, как я их запамятовал!

- Езжайте, ребят! – сплюнул, щурясь, Евгений. – Денису холодно будет, с погодой не угадали.

Машина ровно шуршала по свежераскатаннному гравию, но что-то вот ее заносило вправо, всё к обочине.

- Дед, ты сколько ж выпил-то? – изумился Алексей, оглядев бутылки, перетянутые  какими-то тряпками.

- И было у него три сына, - пробубнил Иван Григорьевич. – Сим, Иафет и Хам. Хам-то и ткнул в срам подвыпившего.

- Хорошо, - Леша вытер повлажневшие глаза и уткнулся было в окно, но пирамида впереди все приближалась и росла. - Дед, куча! – успел крикнуть и ветхий Запорожец, взлетев, перевернулся вверх колесами и грохнулся плашмя на крышу.

Сердце тарабанило.

- Все живы? – он не помнил, кричал или говорил тихо, спокойно, размеренно. – Ничего не болит, крови нет? – да что такое течет со лба на нос? Кровища? Чешуя? Крупицы соли? Что это?

Одним ударом выбив боковое окно, Алексей еще раз спросил: «Денис? Таня?» - и рывком выбросил тело на воздух.

В пустоте разбитой лобовухи шатались «дворники». Мигали оранжевым стоп-огни и почему-то алым – подфарники, что ли, или что это? Схватив ватник, сбил пламя, протиснулся рукой через пустоту к замку зажигания и выключил двигатель. Подсунул деду под спину плащ, тихо, не шевелись, тяну, вытащил, лежи ровно. Брат, что, руку, цел? Тяну. Таня, ты сама выбралась, молодец. Живы!

 

 

***

 

«Слов моих не отвратить, кому любить, кому не жить!» - прошептала над ухом Галина и трах! Распах! Евгений распахнул глаза. «Кто перевернулся? Где? А ты как здесь? Добрые люди привезли?» - он, собственно, молчал, пока Алексей тараторил, приподняв полог палатки.

- Санек… Ты поезжай, глянь, что там. Да, да, завтра меня… заберё, - и Алексей обомлел: «Спит!»

- Лёх, да у тебя вся голова в крови! Стой, у меня бинты и йод есть!

- Да не надо! Это петуху шею своротило. Да рыба подсоленная из бидончика вывалилась, там весь салон в чешуе и рыбьей крови, хех, глупости всё.

- Лёха! - обхватил его Александр Петрович единственной рукой – Ты настоящий!

- Не понимаю, дядь Саш. А какой же еще, искусственный, что ли? Кстати, это… Никто из знакомых на гитаре играть не умеет? Мне еще два месяца на каникулах здесь париться. Есть? Есть гитарист?

 

 

***

 

Женя приоткрыл веки. Била на самое дно глаз луна. Тихо журчала на перекате речка. Под рукой бултыхнулась в бутылке беленькая водица. Белесые угли с крохотными огоньками. И хлынула горлом кровь, смешанная со спиртом, и чей-то тихий голос проплакал: «Захлебнись и не возвращайся!»

 

 

Переволоцк – рабочий поселок городского типа в Оренб. области.

Черепаново – село в Новосергиевском районе Оренбургской области.

 

 

 

 

Компания «Спецтехпром» https://remontdvigatelei.ru/uslugi/perkins занимается ремонтом импортной спецтехники. Качественный ремонт может продлить жизнь технике на долгое время. Обратившись в компанию, вы можете рассчитывать не только на капитальный ремонт двигателя, например. Но и на ремонт турбины, цилиндров, шлифовку и расточку коленчатого вала, пусконаладочные работы, а также последующее ТО.

 

   
Нравится
   
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов