Рассказы

8

870 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 103 (ноябрь 2017)

РУБРИКА: Проза

АВТОР: Пряничников Олег Евгеньевич

 

Через нервы к звёздам

 

Ходунов, когда нервничал, то начинал танцевать степ. Болезнь не болезнь, привычка не привычка, но это его успокаивало. Правда, других раздражало. Ну, ещё бы, представьте такое: я  начальник, а вы  Ходунов. Я – вам:

– Ходунов, вы, когда начнёте фирме приносить пользу?

Вы – мне:

– Скоро, Иван Иваныч.

Я:

– А конкретнее. Когда?

Вы:

– Очень скоро, Иван Иваныч. – А сами потихоньку – цок, цок-цок-цок.

Я – вам:

– Пошёл вон из кабинета!!!

Вы красиво, с дробью удаляетесь. Однако я взбешён: подчинённый ни черта не делает, плюс, когда ему на это указывают, ещё и танцует.

В результате Ходунов скакал с работы на работу. И вообще, не везло ему в результате. Женщины от него шарахались, мужики его били, соседи на него жаловались: мол, как футбольный матч по телевизору, так танцы до упаду. Но однажды жизнь Ходунова круто изменилась.

Случилось это глухой ночью. Человек по фамилии Быков попросил у шедшего в одиночестве Ходунова закурить. Ходунов хотя и не курил, но сигареты носил с собой всегда для подобных случаев. Он протянул пачку сигарет Быкову и, пока тот вытаскивал сигарету, пока прикуривал, понятное дело, стал понемногу, понемногу степ отчубучивать. Быков прикуривал долго и всё пачку Ходунову не возвращал. Ходунов, бедный, уже такое начал выделывать – вам и не снилось. Но вот что невероятное – Быков, глядя и слушая ногопляску Ходунова, оставался совершенно спокойным. Наконец он вернул Ходунову пачку сигарет и сказал: «Позвони мне завтра, сынок». И визитку протянул.

Короче, человек по фамилии Быков оказался продюсером разных там шоу. Короче, Ходунов гастролирует теперь по всей стране, а также за её пределами. Он теперь знаменитый артист-степист. Правда на сцене Ходунов чувствует себя неуютно – нервничает. Зато танцует как бог.

 

 

Этот отремонтирует

 

Наконец-то!

Наконец-то мы, жильцы дома номер 37, что по улице Тимати рассудились со старой управляющей компанией ЖКХ и выбрали себе новую. И теперь она будет ремонтировать наш многострадальный дом. Прежняя жилуправа совсем не занималась ремонтом, а только брала с нас квартплату, но с этой всё будет не так. На эту мы очень даже надеемся, особенно на её директора.

Вы бы видели его – не директор, а конфетка! Молод, здоров! Дорогой костюм, блеск в глазах, активность в движениях. А как он говорит...

Тут было у нас собрание. «Я ваш дом ВО! как отремонтирую! – сказал он». Так сказал, что нас, жильцов, аж в пот бросило. И мы ему поверили, этот отремонтирует.

Наконец-то!

Наконец-то трубы в наших квартирах перестанут течь, канализация вонять, батареи начнут (мать их) греть! Наконец-то наш дом преобразится: отштукатурят и побелят фасад, залатают крышу, поправят сливные трубы, кривые как турецкая сабля. Наконец-то!

– Наконец-то вы наш дом отремонтируете? – спросили мы как отца родного директора этой маленькой, но с очень шикарным офисом жилконторы.

– Я ваш дом ВО! как отремонтирую! – сказал он и похлопал некоторых из нас по вспотевшей спине. – О! Ещё бы, – добавил он и потрепал вспотевшие щёчки сухонькой старушки из 92-ой.           

– Наконец-то! – радостно закричали мы, выпустив весь воздух из своих лёгких.

– Отремонтирую, дети мои! – положа руку на сердце, поклялся директор и сел в свой лимузин.

Не лимузин, а конфетка. И директор – конфетка. Мы махали платочками и умилённо сушили слёзы под глазами.

И только один человек нас немного расстроил – это пьяный сантехник из этой самой жилуправы. Грязный и дурно-пахнувший, он сплюнул папиросу нам под ноги и нехорошо оскалился.

– Хе! Дурачки! – сказал сантехник. – Не он ваш дом будет ремонтировать, а вы его особняк. Чё вылупились? Наш директор особняк себе купил – восемнадцатый век! Там ремонту: уууу! А где денежки на него взять как не у вас. Хе! Дурачки!

Сказал, закурил по новой и пошёл. Гад. А мы, хотя и стояли в полной тишине часа два, всё равно не поверили ему. Вот.

 

 

Моя женщина

 

Моя женщина варила борщ. Наша кухня, и без того маленькая, теперь казалась совсем крохотной, потому что в ней кроме меня находилась ещё моя женщина. Она стояла у плиты и варила борщ.

– Милый, – прощебетала она, развернувшись ко мне, – сегодня, – она отхлебнула из поварёшки, – у нас – борщ.

– Ой ли, – усомнился я, сидя за кухонным столом и загородившись газетой

– Ах, ты сомневаешься? Ничего себе! – моя женщина нахмурилась, но ненадолго. Она хитро прищурилась. А я настороженно вздрогнул, поглядывая на неё поверх газеты.

– Милый, у нас будет борщ, – настойчиво пообещала мне моя женщина. – С мясом, капустой, свёклой, картофелем, свежим помидором, морковкой, петрушкой и чесночком.

– Ты ничего не забыла?

– Я? – она снова окунула поварёшку в кипящую кастрюлю. Отхлебнула. Ещё отхлебнула. Наконец сказала, причмокивая:

– Ты прав, милый.

– Началось, – выдохнул я и уткнулся в газету. – Я огурцов туда порежу. Солёненьких.

– Угу, – отозвался я без оптимизма.

Я слышал, как она нашинковала огурцы, спустила их в кастрюлю и туда же снова окунула поварёшку. Запричмокивала:

– У-у-у, милый! Какая вкуснятина! Правда, лучка не хватает зелёного. – В ход пошёл лучок. – И грибков. Опят. Свежих.

– Это что-то новенькое, – сказал я.

Шинкование. Плюханье поварёшки. Причмокивание.

– Ну как? – спросил я не без интереса.

– Вкуснятина! – ответила моя женщина. – Я полбаночки кукурузы ещё высыплю. Маринованной.

В кастрюлю посыпалась кукуруза. На этот раз моя женщина испробовала «борща» аж целую поварёшку. То есть она её всю съела. Затем вторую...

Я сделал себе бутерброд с колбасой и сыром. Кстати, и то, и другое она также нашинковала и спустила в кастрюлю.

Наконец-то моя женщина сварила «борщ» и, видимо, наелась. Она стояла спиной к плите и раскачивала поварёшку в такт какой-то песенке, которую тихонько напевала. Она была довольна.

– Милый, – прощебетала моя женщина, – ты подождёшь второе? А то первое, то бишь борщик, я нечаянно весь съела.

– Конечно, дорогая, – ответил я и сделал себе ещё бутерброд.

Я ел бутерброд и любовался ею, моей очень кругленькой женщиной. Я любовался тем, как она варила макароны, заправляя их сахаром и конфетами.

– Скорее бы ты уж родила, – сказал я и глупо улыбнулся.

 

 

 

 

Рекламная компания «Позитив» http://rapozitiv.ru/ размещает наружную рекламу любой сложности. Наиболее распространённым видом наружной рекламы стала реклама на щитах. Они стоят повсюду и в городе, и на трассе, поэтому их гарантированно видят и пешеходы, и водители. Охват такой рекламы связан и с её окупаемость. Более подробно обо всех условиях размещения рекламы можно узнать на сайте компании.

 

   
Нравится
   
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Яндекс цитирования
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов