Судьба проказница, или Жизнь с расчётом на смерть

0

1453 просмотра, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 82 (февраль 2016)

РУБРИКА: Проза

АВТОР: Самородов Владимир Юрьевич

 

il_340x270.437544869_gyyu.jpg1.

 

– Эх ля-ля-ля – ляй-ля-ля, – напевал Владимир Серафимович, строгая рубанком дубовую доску, – судьбы у людей разные, а гроб один, проговаривал он вслух под игривый мотивчик.

Владимир Серафимович проживал в одном из бесчисленных селений своей родины. Всю жизнь он скитался, только вот не телом, а разумом. Возраст его, который уже подходил к вечеру, остановил его в довольно крупном амбаре, где он занимался своим любимым делом, он был столяром. На столярные изделия заказов было немного, и уже как-то давно изготовив гроб на заказ, к нему стали обращаться именно за ними. Деньги это приносило хорошие, и Владимир Серафимович со временем стал мастером по делу гробов. До этого времени он, признаться, не знал, насколько эта вещь востребована в жизни, или, правильнее сказать, после неё.

– Владимир Серафимович, – окрикнул его хороший знакомый Игорь Палыч, зашедший в амбар. – Ты всё доски строгаешь?.. А мне вот сегодня на работе, представь себе, такая мысль в голову пришла, доброе ли дело ты для людей делаешь или злое. С одной стороны, гроб это вещь нужная, я бы даже сказал необходимая, – усмехнулся Игорь Палыч, – а, с другой стороны, смотря на него, не очень хорошие мысли в голову лезут… – говорил он, подойдя к Владимиру Серафимовичу.

– Издёвки ваши, может, и остроумные, но оценивать их у меня нет сейчас времени. Я, понимаете ли, прижизненно важным делом занят. Гроб изготавливаю.

– Это, однако, и правда, перед этим делом всё остальное ерундой кажется, я имею в виду – вот стоишь здесь и смотришь, как человек данную лодку подземную изготавливает, и понимаешь, что перед этим вот все дела ерунда и тлен, хотя нет после этого, – добавил Игорь Палыч, опять усмехнувшись.

– Можно спросить, каковую жизнь прожил тот, для кого вы эдакую вещь так старательно выделываете? – специально изгаляясь во фразах не скрывая приподнятого настроения, говорил Игорь Палыч.

– Отчего же мне вам сообщать, – стал тоже улыбаться в ответ и Владимир Серафимович, – придёт время, узнаете.

– Да! Что жизнь загадка, что смерть!? А посреди них гроб, – рассмеялся Игорь Палыч сам над своим каламбуром. – Пойдём лучше чаю попьём, – сказал он, переставая смеяться.

– Сейчас, вот только немного доделаю.

Через некоторое время Игорь Палыч с Владимиром Серафимовичем пили чай в амбаре и смеялись над градом каламбуров, которые выдавали хорошее настроение и знание жизни Игоря Палыча.

 

 

2.

 

Прошла неделя, и Игорь Палыч не преминул зайти опять к своему хорошему знакомому Владимиру Серафимовичу.

Зайдя в амбар, который со всех углов запасливо и ровно был уложен досками, он застал Владимира Серафимовича опять за работой. Он аккуратно с непередаваемой нежностью водил кистью по необычно ровному и гладкому гробу. Он его лакирует, – сразу догадался по запаху Игорь Палыч. Этот запах был ему хорошо знаком. В школе с учениками летом они постоянно лакировали деревянные окна и самодельные книжные полки.

– Здравствуйте, Владимир Серафимович. Возможно ли столько работать? И для кого этот прелестнейший гроб? – опять совершенно невзначай скаламбурил Игорь Палыч.

– Здравствуйте! Вы опять за своё, Игорь Палыч.

– Совсем нет, он мне просто очень понравился, вы таких ранее не делывали, – не сходила улыбка у Игоря Палыча с лица. – И всё же хотелось бы узнать, кто в путь последний с шиком поплывёт.

– Эта лодка, как ты любишь выражаться, сделана для меня и мною, – заявил Владимир Серафимович.

– Да ты что, – изменился в лице, услышав такие слова, Игорь Палыч, – ты в своём уме, а, может, болен ты.

– Я, Игорь Палыч, в полном психическом и физическом здравии пребываю. И что вы так удивляетесь.

– Да нет, ничего, я просто ничего такого прежде не встречал, чтоб человек сам себе гроб делал. Да я вот и смотрю, ты в пути последнем шикануть решил.

– Так ведь я тебе не сапожник без сапог, – отвечал Владимир Серафимович.

– Ну, извини меня, гроб с сапогами вещи разного порядка.

– Разного, не разного, а гроб я практически сделал. Сделал для себя, так сказать, душу в него вложил.

– Ну погоди, погоди, душу-то ты туда зачем кладёшь, она наверх должна лететь, а там тело, так сказать, бренное лежать должно, – иронично и улыбчиво опять начинал каламбурить Игорь Палыч.

– Я знал, что ты опять что-то такое скажешь, ты лучше пройдись посмотри, какова работа, только не открывай его, – тоже начиная улыбаться, говорил Владимир Серафимович, указывая рукой с кистью на гроб.

– Зачем же открывать-то безо времени, – говорил Игорь Палыч прохаживаясь вокруг сего изделия, убрав руки за спину. А нет ли у вас, Владимир Серафимович, такого желания воспользоваться данной вещью поскорее, обновить, так скажем, – говорил, улыбаясь, Игорь Палыч.

– Я юмор ваш принимаю и при первой оказии воспользуюсь.

– Да удивил, так удивил, это рассказ целый написать можно, как гробовщик себе гроб сделал, но надо будет чем-нибудь разбавить, а то жуть какая-то получится. Особенно конец, например, такой, «и понёсся он во гробе своём, собою сотворенным», – закончил, цитируя с рукою вверх Игорь Палыч.

– Да, Игорь Палыч, умеете вы вот так всякую важную вещь высмеять, у вас прямо дар какой-то заложен. И так обидеться на вас нету возможности, потому как самому смешно над вашими словами становится.

– Владимир Серафимович, дела это хорошо, но надо бы и чай изредка выпивать, – сказал Игорь Палыч.

– Сейчас, доделаю, – отвечал Владимир Серафимович.

И через некоторое время Игорь Палыч и Владимир Серафимович пили чай и рассуждали на темы, далёкие от мира материального.

Такой была жизнь Владимира Серафимовича, если так можно было сказать, жизнь с расчётом на смерть.

 

 

3.

 

Дни проходили, на смену им шли новые, только вот ничем не новые. Событие прервало их череду.

Владимир Серафимович как всегда, с раннего утра направился в амбар. Войдя в него он увидел то, хотя нет, лучше сказать, не увидел того, над чем так долго работал. Пропал, не может быть – промелькнуло у него в голове. Он обошёл весь амбар, обшарил все углы, как будто гроб можно было там спрятать или положить на полку с инструментами, он даже прошёл два раза вокруг амбара на улице, прежде чем удостоверился в своей мысли.

– Его украли, – повторил он теперь медленно и чуть слышно.

Горе Владимира Серафимовича в этот день можно было продавать всем, и разбогатеть навсегда.

Через два дня к нему зашёл Игорь Палыч и, приветствуя его, он разделил жестокую беду, узнав о произошедшем.

Ему сразу вспомнился сегодняшний разговор с племянником, который ему вскользь в разговоре заметил следующее. «В селении Ненужном, это неподалёку от нас, километрах в сорока, схоронили мужика, и уж больно всем запомнился лакированный гроб».

– Вот что поведал мне сегодня племянник, –  рассказывал Игорь Палыч.

– Значит, в моём гробу другого схоронили, – опустив голову, прошептал Владимир Серафимович.

– Да, ситуация однако вышла нестандартная, нежизненная, прямо, ситуация, я скажу, – не знал, как поднять задумчивое настроение своему собеседнику.

Заветное молчание прервал Владимир Серафимович и проговорил смирившимся голосом:

– Да не нам себе гробы делать, они таки верно каждому судьбою уготованы.

– Это ты верно сказал, Владимир Серафимович, хотя это как посмотреть, а то судьба проказница ведь в чужом гробу может схоронить.

 

 

 

Ремешок для часов можно купить в интернет магазине remeshkov.ru. Это крупнейший магазин часовых ремешков в России. Вы можете подобрать ремешок из натуральной кожи аллигатора, акулы, страуса, ската и ящерицы. Либо ремешок из кожи телёнка с выделкой под крокодила, аллигатора, варана, ящерицу, страуса. Есть также более экономичные каучуковые ремешки.

 

   
Нравится
   
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Яндекс цитирования
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов