«За окошком солнце улыбнулось»

0

2095 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 70 (февраль 2015)

РУБРИКА: Поэзия

АВТОР: Волков Александр

 

ПРОВЕРЕНО

 

Александр Волков

 

 

 

Старая лежанка

 

Чем теперь тебе уже помочь?

На дворе позёмка крутит лихо…

Бабушка протапливала в ночь –

Ты ещё тепла и дышишь тихо.

 

Чайник остывает за скулом*.

На горнушке сохнут рукавицы.

Я сижу за кухонным столом.

Подо мной скрипят чуть половицы.

 

На тебя, на старую, смотрю –

Много ль оттопить тебе осталось?

Помнишь, сколько люду в старину

От твоей заботы согревалось!

 

Только те денёчки далеки.

Ты уж вся осыпалась, родная

И наводишь повод для тоски,

Потихоньку жизнью отгорая.

 

Покопти ещё, для потолка –

Долго тебе, милая, не гнуться;

Летом, три удара молотка

Гибелью твоею обернутся.

 

Остывая тихо, тихо спишь.

На засов закрыты дымоходы.

Ты во сне о прожитом грустишь…

Не напрасны прожитые годы!

__________

Скуло* – место для остывания (томления) кастрюль, чугунков с едой, чайников в русских печах, лежанках.

 

 

***

 

За окошком солнце улыбнулось.

Побежали вновь весёлые ручьи.

И нежданно как-то,

сердце встрепенулось –

Прилетят мои любимые грачи!

 

Знать, не так уж долго остаётся…

И когда снега с полей сойдут,

Вновь душа на части разорвётся –

Что спало, опять проснётся тут!

 

Мне весна – дороже всех и краше;

Ласков шум ручьёв и щебет птиц,

Синь небес и даль деревни нашей,

Чистый воздух радужных границ!

 

Как я рад, что лютые морозы

Испарились с ярким, тёплым днём!

И недолго девственные грозы

Ждать осталось, с ласковым дождём.

 

Как я рад, что вскоре, по-старинке,

Когда свет вновь будут отключать,

Запалю фитиль на керосинке

И былое стану вспоминать.

 

Заварю чайку себе покрепче,

Закурю душистый самосад...

Намахну фуфаечку под чепчик

И уйду гулять в весенний сад.

 

Нет зимы, простуды, сна и лени...

Над полями заклубится пар,

Чтоб цвела черёмуха с сиренью,

Чтоб пылал малиновый пожар.

 

Без тоски, метелей и морозов...

Всё живёт... знать, будем жить и мы!

В белой вазе жёлтые мимозы –

Словно символ солнца и весны.

 

 

***

 

Ласточки не в пору в мае запоздали.

Холодно и сыро этою весной.

Моросью продрогли ласковые дали,

И закрыто солнце чёрной пеленой.

 

Днём туманно-серым до мурашек жутко.

Над землёй сгустились стаи хмурых туч,

И не может солнце даже на минутку

Подарить весёлый, золотистый луч.

 

Но зальётся светом всё вокруг однажды.

Сгинут злые тучи с голубых небес!

Каждый человечек и цветочек каждый

Скажет:

Здравствуй солнце!

Чудо из чудес!

 

 

***

 

Душа

от скуки

померкнув,

Плачет

о памяти

этих

мест.

Полуразрушенная церковь.

Покосившийся

набок

крест.

 

В этом

забытом

селении,

Вдоль

заросших

рогозом

прудов,

Не услышит моё поколение

Божий благовест колоколов.

 

 

***

 

Смерклось. Вечер. Сижу на лавке.

Слышу крики совы и утки,

Лёгкий шелест бурьянной травки,

Скрип двери незакрытой будки.

 

Всё темней. Почернело небо.

Нет луны, только злые тучи.

Воздух пахнет ванильным хлебом,

Лезет в ноздри мне кисло-жгучим.

 

На душе свербит неизвестность,

Моей горькой судьбы решенье.

Только ты – драгоценная местность

Мне как сладкое утешенье.

 

Уж во мгле растеклась дорога.

Не горят в домах огонёчки.

Я молю всемогущего Бога

И в счастливые верю денёчки.

 

Я б сидел бы ещё на лавке,

Слушал крики совы и утки,

Лёгкий шелест бурьянной травки,

Скрип двери незакрытой будки,

 

Только завтра, опять в неохоте,

В городскую шагать неизвестность…

Как прекрасна ты в сонной дремоте,

Деревенская моя местность!

 

 

***

 

Солнцем жарким живёт духота.

Пыль дорог грунтовых клубами.

И крестьянская суета

С огородами и дровами.

 

А когда настаёт восход

И блестят голубые росы,

Деревенский простой народ

Собирается на покосы.

 

Но под вечер жара спадёт,

И слегка попрохладней станет.

Вновь хозяюшка позовёт,

Зверобой с чердака достанет

 

И заварит сухой травы

И повеет пахучим паром –

Как приятны с куском халвы

Посиделки за самоваром!

 

И в тоске, при большой луне

Скажешь вдруг – тяжело живётся…

А она лишь в ответ тебе

Ест халву и сидит, смеётся.

 

Да и сам потом засмеюсь –

Русским людям в огонь и в воду…

И великое слово Русь

Не понять другому народу!

 

Так и радость опять придёт.

Потому всех милей на свете

Деревенский простой народ

И родные просторы эти!

 

 

Русская земля

 

Мне казалось – время

долго, еле-еле

тянется лениво,

            что спросонок кот,

Но живя на свете

            без году неделю,

Понял очевидность –

всё наоборот.

 

Выйду на лужайку

в клетчатой рубашке,

Лягу под берёзкой

слушать соловья.

А кругом цветочки:

            васильки, ромашки,

И везде Святая

Русская Земля!

 

Пусть я мало видел,

            пусть я мало пожил,

Сторона родная,

всех дороже, знать!

Здесь родился, вырос

            и для смерти тоже

Мне не надо новой

Родины искать.

 

 

Такая осень

 

Идут дожди в краю родном,

И лес в уборе золотом

Блестит от влаги.

И птиц, стремящихся на юг

Прочь от грядущих зимних вьюг,

Спешат ватаги.

 

Стоят скирды среди полей,

А ветер свищет всё сильней

И рвёт солому.

Сидишь, и выйти нелегко,

А выйдешь, так недалеко,

Поближе к дому.

 

А в доме вытоплена печь.

Перина взбита, можно лечь.

За дверью просинь.     

И целый день как на цепи –

Устал сидеть, иди, поспи.

Такая осень.   

 

Теперь уж так не погулять…

И мысль тоскливая опять

Мне сердце ранит.

Лишь взгляд уставится к окну –

Течёт дождинка по стеклу,

Влечёт и манит.

 

 

***

 

Эх, дорожка моя полевая!

Огоньков деревенских даль.

Всё иду к тебе, дорогая,

Не скучай без меня, Баба Валь.

 

Я сегодня пешком и поздно,

Для тебя гостинцы несу.

И в пути мне свежо, морозно.

Но свободно, как волку в лесу.

 

Вот уж дом и фонарь у дома

Разжижает вечерний мрак.

– Открывай! Как жива, здорова!?

Извини, что я поздно так.

 

Ты мне есть не готовь – не буду,

Клонит в сон, лучше лягу спать.

А вот завтра, достань посуду

Возвращенье моё отмечать!

 

Ты послушай, не надо ругаться

И не плачь, не надо, не плачь! –

Суд велел на свободе остаться,

Продудев, как сигнал трубач!

 

Видишь, радость и в наш домишко

Прилетела, ты только верь –

Что уж всё – озорной мальчишка

Позабыл про тюремную дверь!

 

Дай тебя обниму сильнее!

Ведь я тоже, я тоже рад! –

Не бывает же воли вольнее,

Где без клетки рассвет и закат…

 

Как прекрасно, когда ты дома

И с тобою родной человек,

И не тлей моя мысль истомой –

Всем без клетки бы жить вовек!

 

Вон, дорожка моя полевая,

Что вела до родного крыльца,

Где увидел родные глаза я.

Мне до боли родного лица!

 

 

Маме

 

Всем слово Женщина знакомо.

И это слово значит – Мать.

В чужом краю, вдали от дома,

О ней люблю я вспоминать.

 

На все невзгоды и ошибки,

Махнув уставшею рукой,

Живу давно я без улыбки

Моей красавицы родной.

 

Пришлёт конверт на адрес тот же.

Согреет душу письмецом.

И думы сердце растревожат,

Как там живётся им с отцом.

 

До боли почерк мне знакомый.

От слёз разводы между строк.

Любая весточка из дома,

Порой, как воздуха глоток.

 

Не раз мы с ней видали виды...

Да как напишешь о судьбе,

Чтоб все печали и обиды

Исчезли сами по себе...

 

Во всех несчастьях и страданьях,

Мы виноваты без вины.

Но те короткие свиданья

Лишь добавляют седины.

 

Пусть нелегко, я это знаю,

Прожить бывает без помех –

Не плачь по мне, моя родная,

Ты для меня дороже всех!

 

 

***

 

Е. К.

 

Гуляю я, и чуть замёрз

В денёк погожий.

Пускай сильней дерёт мороз,

Мороз по коже!

 

И будь хоть трезв,

Хоть пьян опять,

Не всё равно ли?

Я так люблю в мороз гулять,

Гулять по полю!

 

Смотри, я падаю в сугроб,

В сугроб с разбега!

Ведь всё вокруг белым-бело,

Бело от снега.

 

Я пьян с вином и без вина,

Ведь всех счастливей

Моя весёлая зима,

Зима в России!

 

Какие белые деньки,

Деньки настали!

Скорее лыжи и коньки…

А лучше сани!

 

Мы в эти сани запряжём

Коня лихого!

И под гармонику споём…

А что такого?

 

Неужто в двадцать первый век

Всё устарело,

И стал гнилее человек

Душой и телом?

 

Ужель в деревне стыд и срам,

Коль быт убогий,

И невозможно выжить нам

Без технологий?

 

Но я отвечу: нет и нет!

Помилуй, Боже!

Ни телефон, ни Интернет

Всего дороже…

 

Ни цвет газет, ни шум машин

Милей и краше –

Дороже мне родная синь

Деревни нашей!

 

…С тобой ли я, один опять,

Почуяв волю,

Вновь ухожу в мороз гулять,

Гулять по полю!..

 

 

***

 

За зелёным холмом
Тихо дремлет река.
И прощальным теплом
Руку греет рука.

Вспоминаешь песок,
Забывая про грязь –
То ли Ближний Восток,
То ли дальняя связь.

Бог молитвой храним.

В сердце правду таишь.

И с молчаньем твоим

Сам себе говоришь:


Позабудь, не ропщи
О беспамятстве лет.
Здесь спасенье ищи.
Там спасения нет.

 

 

***

 

По тебе тоскую я,

сам того не зная,

Вспоминаешь ли меня,

сердцу дорогая?

 

Неужели ты давно

о других мечтаешь?

Напишу тебе письмо,

может, прочитаешь.

 

Мчатся вдаль мои деньки

в этой деревушке.

Здесь живут лишь старики

да одни старушки.

 

Если всех поставить в круг,

в коем это веке,

Из друзей да из подруг

только три калеки.

 

Ты всё там, а я всё тут,

без гроша, без средства.

Годы молодость несут,

провожая детство.

 

Даже часики и те,

тикуют неспешно,

Так что чаще о тебе

Думаю, конечно.

 

Но недавно вот узнал

от друзей с Рязани,

Что и мы с тобой теперь

будем лишь друзьями.

 

Дарят там тебе цветы,

водят в бары, клубы.

А взамен им даришь ты

поцелуи в губы.

 

Возвращаешься домой

пьяная под утро.

И не девочка давно,

и живёшь распутно.

 

Будто очередь ребят,

дюжина в неделю...

Пусть болтают, что хотят,

слухам я не верю!

 

Я же помню, мы клялись,

как жених невесте,
Всю свою земную жизнь

оставаться вместе.


Рука об руку вдвоём

шли мы всю дорогу,
Так к чему же мы придём,

не пойму, ей Богу!?

 

Ты ответь мне поскорей,

если держишь слово,

Что до старости своей

ждать меня готова.

 

В свою очередь и я

клятвы не нарушу.

Раз уж сердце забрала,

забери и душу...

 

 

***

 

Твои глаза – зелёная загадка…

А волосы, как шёлковая прядь…

И я готов всегда и без остатка

Тебе любовь и ласку отдавать.

 

Сто раз я восклицаю – ты чудесна!

Ты словно из тех сказочных девиц…

Твоя фигура – ангельски небесна.

Лицо твоё – сияние зарниц.

 

Я чувств и слов таить уже не стану;

Мысль новым откровеньем дорожит.

И сердце, успокоившее рану,

Тебе одной теперь принадлежит.

 

Пришла пора, и тёплыми лучами

Нас окропил малиновый рассвет.

Мы долго о судьбе своей молчали

И встречи этой ждали много лет.

 

Мы долго не могли с тобой решиться.

И в этом наша общая вина.

Но встреча непременно состоится,

Чего бы нам ни стоила она!

 

До вечера мы будем целоваться,

А тёплою вечернею порой,

Заверив никогда не расставаться,

Ты согласишься стать моей женой!

 

О, слово драгоценное: «Согласна!»

Кто счастью несказанному не рад!?

Ведь так порой, беспечно и прекрасно,

Огни сердец решенье говорят…

 

И всколыхнутся ласточки в поэте,

И встрепенутся ангелы в душе:

Мы будем всех счастливее на свете,

Довольствуясь хоть раем в шалаше!

 

В кипящей правде множества историй

Мы станем, словно не разлей вода,

Оберегать и в радости и в горе

Любви неугасаемой года!

 

Вот так и разгадаю я загадку…

Возьму от пряди тоненькую нить…

Тебе отдам себя уж без остатка

И буду до безумия любить.

 

 

***

 

У тебя есть всё то, что мне нравится.
И прошу я, не слушай других.
Кто сказал тебе, ты – не красавица,
Тот не видел достоинств твоих!

Для меня ты во всём прекрасная!
И готов повторять я вновь:
            Ты одна лишь, такая страстная,
Даришь мне

неземную любовь!

Эта ночь, опьянённая нежностью,
Драгоценна, как бриллиант.
Безнадёжною той неизбежностью
В волосах расплетается бант.

Я влюблён в твою грудь возбуждённую,
В твоё белое тело влюблён –
            Счастья миг: стала жизнь окрылённою,
Да и сам

от любви окрылён!

Так и смотрит в окно, что я делаю,
Тусклый свет от ночных фонарей.
И тебя, мою розочку белую,
Прижимаю к себе лишь сильней…

Ему тоже, наверное, нравятся
Твои страстные ласки в ночи…
            Только знай, что сегодня, красавица,
Нас не сможет

никто разлучить!

 

 

***

 

Алёне Б.

 

Помнишь, о тебе я написал

Грустное моё стихотворенье.

Сильно я тогда переживал,

Душу растерзав без сожаленья.

 

Милое и глупое дитя –

Ты не понимала строк неровных.

Надо мной смеялась и шутя

Не имела помыслов любовных.

 

Но однажды, в старом шалаше

Мы с тобой весь день процеловались –

Чувства те, что были на душе

Нашею любовью оказались.

 

Смех, конечно, первая любовь,

Кто её всерьёз воспринимает?

Только повторяю вновь и вновь –

Первая любовь не умирает!..

 

И поверь, Алёнка, чувства те

Будут вечно на душе храниться,

Только той ребяческой мечте

Никогда, по-моему, не сбыться.

 

Время всё расставит по местам.

Так и мы, взрослея, отвернулись,

Разорвав любовь напополам.

И дороги наши разминулись.

 

Много лет прошло и много зим.

Я решил тебе назначить встречу –

Снова о былом поговорим,

В этот, словно в детстве, тёплый вечер.

 

Вспомним и о прошлом и о нас –

Многое, чего нам вспомнить можно:

Как поцеловались в первый раз;

Как влюбились так, неосторожно…

 

Прочитаю старые стихи,

Те стихи, где смысл и прост, и ясен.

Попрошу прощенья за грехи,

Соглашаясь с тем, с чем не согласен…

 

Ну, прости, прости меня скорей,

Милая, любимая Алёнка,

Хоть за то, что в памяти моей,

Ты – неповторимая девчонка!

 

Не кори за тот неровный слог,

За мечту несбывшихся мгновений.

И за то, что больше я не мог

Написать тебе стихотворений.

 

Главное, Алёнка – не стихи,

Не любви вселенской сладострастье.

Главное – прощенье за грехи,

Ты простишь меня – и это – счастье!

 

Знаю, ещё будут времена,

Разные по значимости годы,

Будут и другие имена

Из другого сорта и породы,

 

Но запомни, есть такой поэт,

Что поёт о чувствах  без умолку –

Ты поймёшь по истеченью лет,

Кем же стал твой Александр Волков…

 

А тепло я всё же сохраню…

Вновь тебя прижму и поцелую.

И скажу как раньше, что люблю.

И скажу как раньше, что ревную.

 

   
Нравится
   
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов