Нас не пронять фальсификацией и американскими учебниками

7

1655 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 69 (январь 2015)

РУБРИКА: Интервью

АВТОР: Власов Виктор Витальевич

 

Льву Антоновичу Лисину (машинисту в годы Великой Отечественной войны) почти восемьдесят семь – в этом году исполнится. Льва Антоновича приглашают в школы Ленинского Административного Округа, чтобы поговорить с учениками, провести воспитательную беседу. Рассказчик и представитель Совета Ветеранов – замечательный и строгий, главное – патриот своей страны. Так и говорит в конце урока истории: – Нас не пронять фальсификацией и американскими учебниками!Прихожу на работу с одним настроем, а ухожу с другим – домой к ветерану труженику тыла Льву Антоновичу Лисину. Этому человеку (машинисту в годы Великой Отечественной войны) почти восемьдесят семь – в этом году исполнится. Льва Антоновича приглашают в школы Ленинского Административного Округа, чтобы поговорить с учениками, провести воспитательную беседу. Рассказчик и представитель Совета Ветеранов – замечательный и строгий, главное – патриот своей страны. Так и говорит в конце урока истории:

– Нас не пронять фальсификацией и американскими учебниками!

 

Только юный Лёва закончил четвёртый класс, как запылал 1941 год. Война заставила надеть рабочую спецовку железнодорожника, так на 12 году впервые попал в Паровозное депо «Омск», став учеником слесаря автоматного цеха. Война грохотала рядом, а через Омск днём и ночью неслись нескончаемым потоком на запад воинские эшелоны с людьми и техникой. В цеху шла своя «война». Работал он вместе с мастером, подбивая поездам броню. «Подпаянные» в броню поезда колесили в те годы, едва ли не по всей России. На одном из них хотел уехать на фронт и  Лёва.

 

– Я все трудные военные годы трудился в железнодорожном депо, а потом выучился на машиниста. Позже, – начинает сибирский труженик.

Учитель истории предлагает ему стул, но Лев Антонович отказывается. Перед школьниками Лев Лисин всегда выступает стоя, утверждает, что так громче и правильнее скажет. Ни один политический и военный лидер не выступал перед народом сидя. Кроме Юлия Цезаря, но это другая история…

– Рабочих не доставало тогда. Из деревень привозили девочек, чтобы готовить кочегаров и машинистов на смену. Да, вот вас! – показывает на школьниц – гордых красавиц на первых партах.

– Остроухова, Мария Горбач, как сейчас помню, – добавляет он иронично, доставая красную коробочку с наградами. – не пили, не курили, в ДК Лобкова на танцы ходили, паровоз, главное, водили, во были женщины, сильные по-настоящему!

 

Наград у Льва Антоновича Лисина множество. Он – «Победитель года», «Победитель пятилетки», «Ведущий колонны» ВЦСПС – за активную работу в профгруппе. Похожие были у моего деда, тоже железнодорожника.

Признаться, сорока минут не хватает, чтобы выговориться. Наверное, не хватит и больше часа, скажем, академической пары.

Домой к нему шагаю быстро и заворожённый, словно после потрясающего фильма. Уже во второй раз. В коммунистической газете «Красный путь» есть у меня статья, называется «Ксюшин дед» (точнее прадед). Но и двух колонок мало, чтобы рассказать об этом человеке и поделиться его мыслями. С такими боевыми ветеранами как Лев Антонович хочется общаться чаще. Здорово, что его регулярно приглашают в школы.

 

Секрет долголетия Льва Лисина заключается в каждодневных прогулках по рощи, ягодных и травяных чаях. Ежевика, голубика, брусника, шиповник, чабрец, годжи и многое другое комбинирует, заваривает ветеран. В шкафу у него два мешках сушёной травы и ягод. «Топливо» для чая помогают доставлять дети, а именно учитель русского языка и литературы Наталья Плавна. Собственно она знакомит меня с Николаем Трегубовым – руководителем литературного объединения и порой сопровождает к Николаю Березовскому.

 

Старший брат Льва Степан Антонович живёт в Японии – в деревне Хосюбана, близ Токио. Ему почти девяносто. Как получается? На фронт он попадает один из первых и прямиком вместе с десантной группой «Ленинград-Берлин» оказывается в окружении фашистов. Захватнических союзников Оси из Японии. И не в Берлине вовсе, а в Гётшендорфе – селе, расположенном в девяносто километрах от немецкой столицы. Проблемы с двигателем и подполковник Енисов командует приземляться. Так Степан Антонович оказывается в окружении отступающих японских сил. Как именно он выжил, не помнит. Ранение в ногу и страх своё дело сделали. Но очнувшись, заметил, что лежит на носилках, сделанных из подручных предметов. Несколько солдат смотрят на него, улыбаются и лопочут на своём «ку-сю, му-сю». Японцы, что ли? На груди у них: у кого чёрные или коричневые винтовки, у кого – серые или серебристые автоматы. В голове у Степана один мрак, но он замечает ножны для самурайских мечей на поясе. Осматривает себя. Ранен. И на него нацепляют ножны с мечом. И автомат у него не родной. Российский воин теряет сознание. Вскоре он хорошо помнит себя в токийском госпитале, где и знакомится с будущей супругой – медсестрой Сэн, лет на десять старше, чем сам. Сначала не разговаривает с ней, а только кивает и мычит. Однако немецкий язык знает неплохо. Так и остался в Японии. Подробностей Лев Лисин не рассказывает, а я не настаиваю.

 

– Он приезжал лет пять назад с детьми, их внуками, – улыбается Лев Антонович. – Супруги в живых, понятное дело, нет.

 

Ярко представляю, как бывшие самураи (понятие «самурай» к тому времени не пользуется популярностью в Японии, бытует «сабурах» или служащий – в переводе с японского), с катаной или фамильным вакидзаси (традиционный короткий меч) ещё служат в армии. А на войну идут все без разбору.

 

– Наш отец – курильский айн, – гордо отвечает Лев Антонович. – Мы похожи на японцев. Это и помогло, Виктор. А в твоём «Красном лотосе» есть про айнов? Люблю про них читать, а интернетом пользоваться не умею. Боюсь компьютера.

– Есть в романе «Последний рассвет» про айнов. Они недолюбливают Оду Набунагу, кстати, за непомерный оброк.

– Знаю я, не рассказывай.

 

К ветерану Лисину прихожу поговорить о нынешнем поколении детей и послушать его мнение о сегодняшней истории, о разделении взглядов…

 

– Виктор, некоторые студенты думают, что Америка победила во Второй Мировой войне, – недовольно говорит Лев Антонович. – Меня приглашали поговорить и послушать студентов в Омский филиал Московского Института Иностранных Языков, потом в классический университет. Некоторые ребята готовили дипломные работы по теме «Кто победил во Второй Мировой войне?». Причём к ним часто приезжают баптисты из США и выступают перед студентами. Переводчик мне рассказывал кое-какие моменты, и меня аж холодным потом пронимало. Кто был в этой мировой войне самый сильный? Разумеется, США, это ведь половина мирового ВВП, однако, представляешь. А СССР был нужен этот американский ВВП каким-то боком, представляешь? Когда советские люди гибли, неужели они думали о ВВП дядюшки Сэма?

 

Я слушал американских гостей каждые полгода в своём университете. И на вопрос, мол, кто победил во Второй Мировой, парень по имени Джозеф и девушка Мари начинали с рассказа, касающегося ВВП Великобритании, а затем США в годы войны. Не трудно было понять, что ВВП этих стран очень велик по сравнению с тогдашним Советским Союзом.

 

По-моему, слушая Льва Лисина, понимаешь, что США и Великобритания добиваются своих целей и ослабляют СССР. Интерес многих крупных стран был в ослаблении Сталина.

 

Наград у Льва Антоновича Лисина множество. Он – «Победитель года», «Победитель пятилетки», «Ведущий колонны» ВЦСПС – за активную работу в профгруппе. Похожие были у моего деда, тоже железнодорожника.– Виктор, мировое содружество специально дало Гитлеру зеленый свет, отдав  Чехословакию, Польшу, Данию, Норвегию, – замирая, говорит Лев Антонович. Его глаза блестят, готовые уронить слезу. – Отдали ему и другие страны, чтобы только уничтожил СССР. Ему удалось разрушить промышленность и сельское хозяйство. Убитыми сколько потеряли – тридцать миллионов, это по официальным данным. Я читал книгу – отчёт одного из генералов. Там приводятся цифры побольше, мол, подсчитали заново. В итоге все оставшиеся были либо инвалиды, либо контуженные или алкоголики. Сталин полностью выбрал людские ресурсы – резерва для призыва в армию больше не осталось, в тылу работали женщины, дети и старики. Помню, прихожу на наш завод «Полёт» и вижу ящики… дети встают на них, чтобы за станком работать. Мы делали запчасти для самолётов, отправляли на фронт, а теперь ПО «Полёт» знаешь, что делает? Как завод имени Октябрьской революции – тоже штампует запчасти от пылесосов, для стиральных машин. И то – не все цеха работают, а десять процентов только. Из Запорожья, помню, везли эшелоны с оборудованием – так в Омск переезжает завод имени Баранова. Из Москвы – завод имени Козицкого, агрегатный. Суконная фабрика производила только сукно для шинелей, обувная фабрика – выпускала солдатские берцы. Переехал ФЭД, с фотоаппаратами. Вся Сибирь трудилась для фронта и победы. Голодали, но фронт обеспечивали. А сейчас заводы съезжают в небытие, потому что требуется много офисов – туристических и риэлтерских кантор. Вот и всё.

 

– У Сталина, я читал, было 26 тысяч танков, что было в несколько раз больше, чем у всех армий мира вместе взятых и 25 тысяч самолетов, у Гитлера в пять раз меньше, – привожу данные из учебника новейшей истории.

– Да, это так, – соглашается Лев Антонович. – Я читал выдержки из американских учебников Джонсона и Прентиса Хола. Почему Сталин оказался в числе победителей? Потому что он оказался слабее Гитлера и союзники стали помогать.

– А если бы Сталин оказался сильнее, то союзники бы стали помогать Гитлеру? – задаю риторический вопрос.

– Что говорил Трумэн? Если Америка поймёт, что войну выигрывает Германия, им следует помогать России, если будет выигрывать Россия, то следует помогать Германии, и пусть мы как можно больше убьём друг друга, хотя ему не хотелось видеть Гитлера в победителях. Это факт. А Черчилль что сказал? Идеальным исходом войны на Востоке был бы такой, когда последний немец убил бы последнего русского и растянулся мёртвым рядом. Вот почти дословно, Виктор. Надо исследовать причины поражения глубже и вторжения Германии в Россию. Надо проводить как можно больше патриотических конкурсов и давать настоящие награды и премии. Творческая умная интеллигенция поднимет культурный уровень и патриотизм на высокий пьедестал. Только так. И не по-другому. Посмотри, Вить, в жюри Нобелевской премии сейчас ведь одни американцы сидят и европейцы. Это не наша премия. Были у нас премии при СССР, настоящие. Сейчас пуколки одни, подачки.

– Мы ведь много уничтожили во Вторую Мировую, Лев Антонович, – киваю, глядя ему в глаза.

 

Начинает ветеран доказывать, но горло пересохло. Его вторая супруга (первой нет в живых) приносит чай и галетное печенье. Лев Антонович замечает, что кушать надо правильно. Даже десерт должен быть правильным, иначе ожирение и диабет загонят в могилу.

 

– Сколько люди едят сладкого к чаю – безумно много, – удивляется Лев Лисин, отпивая травяного. – Организм не успевает переработать количества углеводов и консервантов. Усилители вкуса – продукт заграницы. А галетное можно есть хоть сколько. Но много не съешь.

– Кто нанёс наибольший ущерб Германии? – спрашиваю.

– Студенты склонны верить, что союзники, – качает головой Лев Антонович. –  Конечно, США и Великобритания! Из-за уничтожения мостов и железных дорог немецкие заводы работали в одну смену, на одну треть мощности – таким образом, уменьшение единиц транспорта снизило военный потенциал Германии раза в три. Была ещё морская блокада. Она привела дефициту меди, вольфрама, хрома, марганца, каучука и прочих элементов. А без легирующих элементов немцы не могли делать качественную броню), из-за замены медных ведущих деталей на стальные резко падал ресурс орудий.

– Да, это из фильма «Ярость» с Бредом Питтом, – смеюсь. – Офицер отчитывается другому, что союзники взорвали два завода. А на море – утопили три подводных лодки и пару кораблей.

– Стоимость снарядов, расходуемых немецкой зенитной артиллерией, превышала стоимость уничтоженных этими снарядами самолетов, но немцы считали эти расходы оправданными, – пересказывает Лев Антонович.

– Если проверить итог советского производства авиабензина за первую половину 1941 года, то доля поставок по ленд-лизу поднимается почти до 60%.

– Говоря о роли ленд-лиза в победе СССР, – хмыкает Лев Лисин, щурясь, – не стоит забывать о том, что подавляющее большинство техники, оборудования и материалов было поставлено в СССР в 1943-1945 годах. То есть уже после перелома в ходе войны. Более 70% поставок по ленд-лизу пришлись на 1943-1945 года, а в самый страшный для СССР период войны помощь союзников была не заметна.

– Покрышкин летал на американском самолёте, кушал британский сухпоёк, носил не советскую одежду. И сбил по немецким меркам мало самолётов. Даже сотню не наколотил.

– Это сказки дедушки Сэма, – отмахивается Лев Антонович, давясь печеньем. – Советские лётчики не любили американские самолёты, потому что они были сложные в управлении. Американцы – любители разных финтифлюшек. Наши воздушные машины управлялись просто, в них – ничего лишнего. Тетраэтилсвинец, горючка и пропеллер… поговорку знаешь? А Покрышкин был молодой парень, лет двадцать. Надо знать, что немцы воевали уже с тридцать девятого. С Польши ведь начали, падлюки. Сколько там асов было? Вот и насчитывали у себя триста и более. Это как наш деревенский Василий Зайцев… русский снайпер воевал против немецкого, обученного убивать специально, подготовленного. И победил его.

 

Лев Антонович нисколько не умоляет роль поставок и помощи СССР в годы Второй Мировой. Если война мировая, то почему против фашизма воевать одной России? Но при ближайшем рассмотрении вопроса о помощи создаётся впечатление, что СССР выиграл бы войну и без поставок. Разумеется, большей кровью и большим временем.

 

– Вот, Виктор, где горе было… – заключает ветеран, досадуя. – После фашисткой Германии солдатики не возвратились домой – направились воевать с Японией.

 

Вторая Мировая война – бесконечный разговор и повод к расследованию. Если идеологическая подоплёка у каждого государства своя, то роль СССР в этой гигантской трагедии – неизмерима. Сколько бы угодно Америка или «союзники» не фальсифицировали данные, не извращали факты истории посредством голливудских показов или написанием очередного учебника, но жив ещё народ, который помнит, он передаст наболевшее и верное молодому поколению.

От Льва Антоновича Лисина я ухожу под впечатлением. Обещаю вернуться и расспросить побольше. А пока – следует провести расследование шире, собрать мнения и мысли для материала масштабней.  

 

   
Нравится
   
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Яндекс цитирования
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов