«Москва в России не одна…»

1

1694 просмотра, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 69 (январь 2015)

РУБРИКА: Поэзия

АВТОР: Филиппов Сергей Владимирович

 

***

 

Пусть пишут, кто во что горазд,

Пусть судят, прямо и заочно,

Россия это целый пласт

Судьбы, истории и почвы,

Огромный цельный пласт, и в нём      

Соединились в полной мере,

Кто понимал её умом,

И кто в Россию просто верил.

            

 

***

 

Я знаю наш менталитет

И понимаю наши нравы,

И тех, кто около ста лет

В России крепостное право,

Всё не решаясь отменить,

Слыл твердолобым ретроградом,

Их, с высоты веков судить

И упрекать ни в чём не надо.

Не их нам стоит опасаться,

А, слишком пламенных сынов,

Готовых, с лёгким сердцем, браться

За сокрушение основ.

 

 

***

 

Опять дают «Вишнёвый сад».

Вот Гаев, он неподражаем.

Всё, что ни скажет – невпопад.

Вот шкаф, что «многоуважаем».

 

Лопахин, как ребёнок рад,

Что он купил Вишнёвый сад,

Хоть не было большого смысла.

Уехав, все забыли Фирса.

 

Гаев смешон, Лопахин рад,

Под топорами мужиков,

Россия, вырубают сад,

И забывают стариков.

 

 

***

 

Всё до мелочи знакомо

И обыденно весьма,

Сонных улочек истома,

Деревянные дома.

 

Те же запахи и краски,

Что и двадцать лет назад,

Жизнь без каждодневной встряски,

Устоявшийся уклад.

 

Так всё вышло, так сложилось,

Тот же круг из тех же лиц,

Их природная сонливость

Непривычна для столиц.

 

Это свойство всех провинций,

Их всеобщего родства,

Где размеренность, как принцип

И как форма существа.

 

 

***

 

Москва в России не одна,

Но почему тогда стремится

И рвётся вся почти страна

Жить исключительно в столице?

 

Что это, жизненный закон,

Естественный и неизбежный?

И почему настолько он

Сильней законов центробежных?

 

В столицу едут, посмотри,

Из всех окраин, но едва ли,

Для этого князья, цари

В Россию земли собирали.

 

Не для того, наверняка,

Чтоб в веке двадцать первом проще

Было потомкам Ермака

В Москве приобрести жилплощадь.

 

Чтоб побросав, в один присест,

Деревни, хутора, станицы,

С обжитых прадедами мест,

Приехать покорять столицу.

 

Где, и без них, шестая часть

От населения державы,

Бескрайней, в кучу собралась,

На смысл невзирая здравый.

 

 

***

 

Кто не хотел, скажите мне,

Хотя б минуту, в тишине,

С природою наедине,

Вдвоём, наедине, остаться.

Вдали от шумных площадей,

Всех наших планов и идей,

С природою, и только с ней,

Единственной, соприкасаться.

 

Пусть это будет тихий пруд,

Вокруг которого растут

И бесконечно слёзы льют,

Склоняясь над водою, ивы,

Иль это будет летний сад,

Где, тень отбросив вниз, стоят,

Посаженные кем-то в ряд,

Деревья, яблони и сливы.

 

Пусть это будет просто лес,

Без волшебства и без чудес,

А лучше без предлога «без»,

И с волшебством, и с чудесами.

Ведь горы, реки и леса,

И голубые небеса

Над ними, это чудеса,

Которые, пока что, с нами.

 

 

***

 

Иван Иванович Ильин,

Директор НПО «ТОКСИН»,

Жена, три дочери и сын

Есть у него, и много внуков.

 

Семён Семёнович Безруков

Почётный гражданин и мэр,

И пусть сегодня он эсер,

Влиятельный функционер,

Ещё времён СССР.

 

Иван Иванович Ильин,

Семён Семёнович Безруков.

Так что же каждый господин

После себя оставит внукам?

 

Отходы сбрасывал завод

Токсичные, который год.

Нет чистой в городе воды,

Из окружающей среды

Одна промышленная зона,

Всё меньше зелени, газонов,

Кустарников, деревьев. Лес

Вокруг, практически, исчез.

Строительство по планам мэра,

Весьма, внушительных размеров,

И цены на жильё растут,

До экологии ли тут.

 

И вот, на даче Ильина,

Ильин, мэр города Безруков.

Шашлык, в руке бокал вина,

Сидят, любуются на внуков,

Которым оставляют средства

Свои, и всё своё наследство.

 

 

***

 

Себя обманывать не стоит,

Но все мы, до поры, до срока,

Смесь малочисленных достоинств

И многочисленных пороков.

 

Себя обманывать не станем,

Лишь скажем, в виде утешенья,

Что можно изменить с годами

Такое их соотношенье.

 

 

***

 

Тоскуя, радуясь и плача,

Боясь, что снова не поймут,

Решали разные задачи,

Но приходили к одному,

Что жизнь считает без остатка,

Лишь вычитая и дробя,

Что не получится всё гладко,

Тоскуя, радуясь, любя.

 

 

***

 

Друзей теряя каждый раз,

Осознаём, как жизнь сурова,

Но дело, в общем-то, не в нас,

А в том, что не удастся снова,

Загнав на дно и боль, и крик

Души, и вырвавшись из круга,

Увидеть их, хотя б на миг,

И посмотреть в глаза друг другу.

 

 

***

 

Ночь, улица, фонарь у входа

В аптеку сеет тусклый свет,

Но кто сказал, что нет исхода,

И кто сказал, что смысла нет.

 

Рожденье, смерть, опять рожденье,

Чередованье дней и числ,

В их многократном повторенье

Единственный и высший смысл.

 

 

***

 

Мело, мело по всей земле

Мело весь вечер,

И в каждом доме на столе

Горели свечи.

 

И в каждом доме в этот час,

Под звук метели,

Десятки самых разных глаз

На них глядели.

 

Ходили стены ходуном,

И от испуга,

Казалось, на сто вёрст, кругом,

Сплошная вьюга.

 

Ревела, бешено, метель,

Дома качало,

И перепуганных людей

Объединяла.

 

И как начало всех начал,

Отнюдь не праздно,

Томил, душил и обжигал

Их жар соблазна.

 

Тянулись, каждый как умел,

Друг к другу люди,

И виделось в сплетенье тел

Сплетенье судеб.

 

 

***

 

Когда мечты, надежды, грёзы

В единую сольются нить,

И человек обычной прозой

Уже не может говорить,

Восторженно и величаво,

Всё то, чем ранена душа,

Стекает раскалённой лавой

По грифелю карандаша.

Стих вырывается наружу,

Он мечется среди людей,

И ищет родственную душу,

В надежде поселиться в ней.

 

 

***

 

Поэт боялся рифм глагольных

Не меньше, чем идей крамольных,

А утром посмотрел на вид:

А за окошком снег лежит,

Ель зеленеет, лес чернеет

И речка подо льдом блестит.

 

 

***

 

Поэт три года был в отчаянье,

Стихи гражданского звучания

Не трогали сограждан, вдруг,

Как подсказал поэту друг,

Он сел, взял чистый лист бумаги,

И написал свой первый шлягер,

Который, вскоре, передал

На популярнейший канал.

За ним другой, ну а потом

Построил трёхэтажный дом,

Сообразив, что нынче важно

И нужно для его сограждан.

 

 

На жизнь поэта

 

На жизнь поэта не смотрите как,

На тяжкий труд и каждодневный подвиг.

Где, якобы, продуман каждый шаг,

Продуман и, в последующим, пройден.

 

Где пышный сонм возвышенных речей,

Где всё подчинено иным законам,

Несовместимым с логикой вещей,

И непонятным всем непосвящённым.

 

Любить, искать и находить слова,

Их рифмовать душой, умом и сердцем,

Поэта жизнь проста, как дважды два,

И никуда от этого не деться.

 

Поэта жизнь ясна, как божий день,

Поэта слово образно и веско.

Опять весна, цветёт в саду сирень,

И солнца луч скользит сквозь занавеску.

 

 

***

 

«Блажен незлобивый поэт»,

Перед людьми и Богом правый.

Не в этом ли простой секрет

Не быстро проходящей славы.

 

Не в том ли смысл, не в том ли суть,

Не в том ли цель всего искусства,

Нести духовность, а, отнюдь,

Не зло и низменные чувства.

 

Поэзия оставит след

В сердцах и душах, и при этом,

Лишь доброта её предмет

И, в то же время, главный метод.

              

 

***

 

Когда о самом сокровенном

Сказать желаешь каждый раз,

Так трудно вырваться из плена

Дежурных и банальных фраз.

 

Дар красноречия искусство,

Но, мысль, конечно, не нова,

Когда преобладают чувства,

С трудом находятся слова.

 

И юноше при первой встрече,

И мужу зрелому не в срок

Влюбившемуся, косность речи

И робость, право, не в упрёк.

 

 

***

 

Любить всегда тяжёлый крест,

А в зрелом возрасте, тем паче,

Но тот, кто в эту шкуру влез,

Уже не может жить иначе.

 

Любовь, где хочешь, запиши,

Помимо нас и нашей воли,

И в каждой клеточке души,

И в сердце постоянной болью.

 

Она была и будет впредь,

Без дна, без меры, без границы,

С любовью можно умереть,

И только с нею возродиться.

 

 

***

 

Я изменений не люблю,

Ни новых лиц, ни новых мнений,

Их не приемлю, не терплю

И всяческих нововведений.

Реформы вызывают злость,

Любая из перестановок,

Как в сердце нож, как в горле кость

Торчащая. Ещё с пелёнок

Иным новаторство с руки,

Я ж следую иным резонам,

Люблю стабильность, вопреки

Диалектическим законам

И положениям. Люблю

Патриархальную рутинность,

Копейку кратную рублю,

Святую девственность, невинность

И целомудренность, пока,

Они, не поминать их всуе,

Ещё не канули в века,

Живут и, как-то, существуют

Ещё. Не следует спешить,

Дай Бог им не сойти со сцены,

И, вместе с нами, пережить

Все, все большие перемены.

 

 

***

 

О, как мы много говорим,

Бросая в бой слова и фразы.

Спорим, ругаемся, кричим,

Поодиночке и все сразу.

 

По телевизору опять

Показывают чьи-то лица,

Каждый их них перекричать

Другого, как всегда, стремится.

 

Нешуточен накал страстей,

Ушли лояльность и терпимость,

Сегодня показать важней

Свою весомость и значимость.

 

И смотрим мы и молодёжь,

Как нагло и самовлюблённо,

К нам прут невежество и ложь,

Забрав себе все микрофоны.

 

   
Нравится
   
Комментарии
Лебядкин
2015/01/12, 10:30:49
Симптоматично.
Где-то за год-полтора до отставки Ельцина по стране пошла приговорка - "Москва больше не столица". Никакого сепаратизма - простое отторжение.
И вот - опять.
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Яндекс цитирования
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов