О прочности утра

1

231 просмотр, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 157 (май 2022)

РУБРИКА: Поэзия

АВТОР: Уткин Сергей Сергеевич

 
А.Васнецов.jpg

Утро как отклик тишины

 

Идёшь пешком по этой тишине.

Спешишь пешком по утру только вставшему.

И то подъятый купол в вышине,

То мысль. И ты. И ты, пристав к чему.

 

То к чувству обделяющей тоски

По хрупкой тишине, вступив в которую,

Ты превращаешь прошлое в ростки

Искусства немоты, упрямо вторя ей.

 

То ко тревоге, что настанет день,

И встанет человек. И встанут беды с ним.

И будет долго падать тень до стен,

Несущая к полудню чью-то ненависть.

 

А утро хрупко. Утро так чуть-чуть.

Оно неуловимо и нечаянно.

И облака в него плывут, кочуя,

Непоправимо так и неприкаянно.

 

И первый шум, и первые шаги

Спугнули утро, что не возвращается.

И только если утром мы тихи,

Оно нам тишиною откликается.

 

 

В поисках прочности у книжного прилавка

 

Прилавок полон многословьем книг.

Поник

            Пред ними головой

И, свой

                 Верша порядок,

Остался странною строкой,

Стряхнувшей прядок

Луч со лба,

Листавшей томики.

Бормочет суетно молва,

Но в нашем домике,

Что под обложкой, на листе

В словах, в сплетении

Со мной останутся вот те,

Хотя бы тени их.

Мои ушедшие давно,

Слова взрастившие,

Не пожелавшие, дав «но»,

С эпохой тише быть.

И я стою, как истукан,

Строкой объятый весь.

И то ли вера, то ль обман,

А то ли ненависть

Во мне, в других, во всём вокруг.

И только держишься

За прочность слов, за прочность букв,

Которым вверишься.

 

 

О начале красоты

 

Белый лист и тьма карандаша.

Под графитом оживают призраки.

Бег тех линий нужно укрощать.

Говори, черта! И верх, и низ реки!

 

Прорицай графитной чернотой!

Сообщай свой замысел по линиям!

Прозвучи контрастом в нотах той

Высоты, что сходят ей по имени.

 

Это называют красотой,

По листам и площадям гонимою.

Это вопрошают полнотой,

Остаются лишь картиной мнимою.

 

Каждый лист я – утро или день.

Каждый штрих я укоряю вечером.

Тем, что я в картине поредел.

Тем, что мой рисунок недолечен был.

 

В этот день я не схожу с листа.

Несколько минут я, им охваченный,

Постигаю, что есть красота,

Ею поглощённый, ею начатый.

 

 

Что не отменяет кофе

 

Запахом кофе

День разбудив,

Слышится внове

Старый мотив

Летнего утра, пыльного дня.

Не оставляют меня.

 

Книгой стараюсь,

Важным журналом,

Словно марая

Точку овалом.

Нам остаётся так мало.

 

Чью-то науку

Чаем запивши,

Вскинешь, как руку,

Взгляд свой повыше.

Лето звучит всё тише.

 

Мечется вечер,

Солнцем пылая.

Спрятался в речи

От гулкого лая.

Не отменяю. Ни мая!

 

 

О готовности к приходу музыки

 

Музыка входит в комнату,

Тихо касаясь рук.

И тишину вокруг скомкал ты,

Выйдя случайным звуком.

 

Носится в телевизоре

Мастерская рука,

Словно искусства призраком

В следовании смычка.

 

Струнами, духовыми ли

Музыка рождена.

И никуда не вымели

Музыку времена.

 

Годы назад озвучена

В зале каком, стране,

Вновь появилась случаем

Классики в стороне.

 

В малый ли зал сбирается?

Площадью ль городов?

Но иногда не знаешь сам,

К музыке ли готов?

 

 

О прибытии расстояния

 

В зале долгого ожидания

На вокзале с охапкой слов

Ждёшь прибытия расстояния,

На которое будь готов.

 

Темнота. На перроне ночь стоит.

Морось шелестом по листве,

Как по осени жёлтой простыни.

На ветру сентября лист веет.

 

Это долгими разговорами

Проезжает страну вагон.

Это прячутся в смехе вороги.

Это бег. Это смех и гон.

 

Редкий свет заоконный, станции.

Дополняющий пассажир.

Распечатанные квитанции.

Пройден день. Ты его сложи.

 

Обернёшься наутро прожитым,

Ожиданием новых дней.

Только жизнь вопрошает: «Кто же ты?»

И желает, чтоб стал ясней.

 

 

Солнце как молодость старух

 

Так вот и катиться по рассвету,

Подгоняя свой велосипед.

К Солнцем освещаемому лету.

Ехать мимо радостей и бед.

 

Пробудясь, природа по обочинам

Веет, шелестит, стрекочет вновь.

И пейзаж плывёт, ласкает очи нам,

И кузнечик падает меж нот.

 

И почти никем не нарушаема

И не оглашаема, заря

Поднимает утро. И мешаешь сам

В памяти с зарёю декабря

 

Эту, восстающую июнями,

По росе идущую жару.

Пред её милльоном лет так юны мы,

Что поймёшь и молодость старух.

 

И вот ты пройдёшь десятилетьями,

А всего и было, что застать

Это Солнце. Спросишь: «Сколько лет ему?»

И уйдёшь сияющее молчать.

 

Художник: Аполлинарий Васнецов

   
   
Нравится
   
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов