«А, можно я на ракету сяду?»

3

546 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 156 (апрель 2022)

РУБРИКА: Проза

АВТОР: Татарников Евгений Феликсович

 
259527825.jpg

Военные сборы на Украине 1981 г.

 

Светит ярко-красная звезда

На моей засаленной пилотке...

Где-то есть большие города.

Ну, а я сижу на боевой головке.

 

Дымилась, падая, ракета,

А от неё бежал расчёт.

Кто хоть однажды видел это,

Тот хрен к ракете подойдёт!

 

Он не забудет, не забудет

Ученья пакостные те...

У незнакомого посёлка,

Hа Безымянной высоте…

 

– Студент Кусков, отставить петь эту пошлую песню. Во-первых, советские ракеты в никуда не падают, летят себе прямёхонько к цели, а потом уже падают и дымятся. Во-вторых, что – тебе имя нашего посёлка неизвестно, да? Ты ведь туда три раза бегал в самоволку за самогоном и три раза был мною пойман, а сколько раз тебя не ловили, это только тебе известно. И высоту нашу зовут не Безымянная, а Курёхинская.

– Товарищ капитан, это почему её так назвали, курить сюда, что ли, все бегали, да?

– Не знаю, не знаю, студент Кусков. Спроси у местных жителей, если тебе так интересно. А ты что в фураге стоишь? Где твоя пилотка? Устав нарушаешь опять, да!

– Товарищ капитан, я поменялся на время фотосъёмки головными уборами с прапорщиком Сидорчуком за пачку с «верблюдом».

– Ну-ка, ну-ка здесь поподробнее, я что-то не врубаюсь насчёт верблюда. Мы в Средней Азии, что ли стоим?

– Я поменялся пилоткой на фурагу за пачку американских сигарет «Кэмел», на которой изображён верблюд.

– А за пачку болгарской «Шипки» Сидорчук не мог поменяться? Так было бы патриотично. Ну, я ему устрою, сошлю его… сошлю. У-у-ууу!

– В Саратов к тётке, да?

– Студент Кусков, не умничай, бауманцу это не идёт. Студент Беркимбаев, ты что ржёшь! Развёл у себя там, в Средней Азии табун верблюдов, Америка теперь их курит. До нашего дивизиона уже добрались. Апчхи!!

– Будьте здоровы, товарищ капитан.

– Не дождётесь. Апчхи!! Правду, говорю.

– Товарищ капитан, а можно, я на эту ракету сяду! – не унимался студент Кусков и, как назойливая муха, лип с расспросами к капитану.

– Тебе это зачем надо?

– Ну, на память сфотографироваться, что мы изучали эту ракету и даже запускали будто бы её в цель к врагу. Хочу бате в Пермь фотку отправить, чтобы он гордился мною, Бауманкой и нашей частью.

– Можно, студент Кусков. Только осторожно и на боевую головку не садись!

– А на что мне тогда сесть, товарищ капитан?

– Сядь ровно на свою попу.

– Но я хотел сесть на крыло.

– Кусков, ты что кузнечик, что ли, на крыло садится-то?

– Это почему, товарищ капитан?

– По твоему кочану. На крыло только всякая саранча садится, типа тебя. А у нас в части мужики на стабилизатор садятся.

– На стабилизатор от телевизора, да, товарищ капитан?

– От ракеты, балбес. Ладно, хорошо, сядь тогда на фюзеляж ракеты, если не понимаешь что такое стабилизатор.

– На чё мне сесть, товарищ капитан, я не понял?

– На корпус ракеты сядь и чуть левее по нему сдвинься, а то нарушаешь центровку ракеты, сейчас она носом, вернее своей боевой частью в землю клюнет. А потом полковник меня – в голову …мою клюнет. Ты ведь бауманец, а элементарных законов физики ни черта не знаешь, чему вас только в МВТУ учат. Студент Кусков, хватит уже елозить по корпусу ракеты. Сядь ровненько на попу, пока штаны до трусов не протёр, или ещё хуже – не сдетанировала под тобой боевая головка.

– Вернее в трусах у тебя, – еле слышно сказал Жорик Беркембаев, но его услышал весь наш взвод. Ржали все, в том числе и наш капитан.

– Вот блин, и законов трения тоже ты Кусков не знаешь. Ну, всё, я произвожу пуск!

 

Заправлена ракета, конечно, не водою,

И кнопку пусковую пора уже нажать.

Давай-ка, друг, в сторонку, мы отойдём с тобою,

Эх, только б улетела, не дай ей Бог упасть…

 

– Студент Беркимбаев, ты что опять бубнишь себе под нос, поделись со всеми.

– Товарищ капитан, вы что-то про пуск сказали, и мне страшно стало.

– Я сказал про пуск кнопки фотоаппарата, бестолочь, а ты думал ракеты? Ну всё, студент Кусков, птичка вылетела!

С одиноко стоящего в степи дерева слетела любопытная ворона и села на корпус ракеты рядом с Вадиком Кусковым.

– Кыш-кыш! Центровку мне испортишь!– кричал он, отгоняя от себя ворону.

– Кусков, всё, снято, как ты хотел… Ты, что делаешь-то на ракете?!! Слазь уже!!!

– Как что? Раздеваюсь. Вы же сами мне сказали, всё снято. А я успел только сапоги, портянки, да штаны снять.

– Блин, ну, вы – бауманцы, такие трудные в жизни, хоть и ракеты эти хорошие проектируете. Ну, а ты, Кусков, вообще пипец. Брысь с ракеты!

«Кар-каррр» Ворона села на одинокое дерево, стоящее где-то в степи, про которую враг не знает. Да не про ворону, а про украинскую степь. А Вадик Кусков с босыми ногами и без штанов спрыгнул с ракеты. Его фотосессия закончилась, теперь его батя будет всю жизнь гордиться сыном.

 

Я верю друзья, что пройдёт много лет,

Страна будет нами гордиться.

Я сяду за пульт космодрома в степи,

Что мне каждую ночь – снится…

   
   
Нравится
   
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Омилия — Международный клуб православных литераторов