Цикл «Русь половецкая»

1

639 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 147 (июль 2021)

РУБРИКА: Поэзия

АВТОР: Аникин Дмитрий Владимирович

 
Ярославна.jpg

1

 

Не так, как Баян –

песнью пьян,

не так, как Див –

зол и правдив,

не как соловей –

музыкой всей;

не грай ворон

со всех сторон –

скажу слово

за мёртвого, за живого –

в семи битвах битого,

в семи морях мытого,

за князя пленного,

за убиенного…

 

***

 

За князя воскресшего,

в силу вошедшего.

 

За князя, утвердившего

священные рубежи,

за князя, победившего

рог вражИй.

 

За князя, меня погубившего

ради дела лишнего.

 

                       

2

 

Ходил князь за славой,

ходил князь за честью,

за долей кровавой,

за правдой и местью.

 

***

 

Ходил князь на гибель,

водил за собою

полки, войско видел

мертвО за спиною…

 

***

 

Ходил князь по плену,

гремел князь цепями,

он чуял измену

меж павшими нами….

 

                       

3

 

Собирайтесь со всех дворов, всех улиц,

храбрецы, удальцы! Пойдём изведать,

где границы удачи, силы русской –

чёрные меты.

 

Собирайтесь, богатый люд и бедный,

все – умельцы, жнецы в работе ратной!

Нам готово бескрайнее плат-поле,

холмы-могилы…

 

                       

4

 

Выезжали конные –

стук копыт –

из ворот колоннами,

снег прибит.

 

Выходили пешие,

сталь несли,

строем, шагом тешили

грудь земли.

 

                       

5

 

А вот мудрые люди говорили:

не спеши, князь, платить своим товаром,

кровью русской, за славу – волки выли,

над болотами смерть чуть видным паром.

 

                       

6

 

Мне приметы чёрные

ни к чему,

первые, повторные –

сеть уму.

 

***

 

Ворон надрывается

до нутра –

худо начинается

день с утра.

 

Воют суки, кОбели

день-деньской,

черные, озлобили

род людской.

 

Лягвы в голос квакают,

от болот

дым, туман – и всякая

нечисть прёт.

 

***

 

В нашем скорбном времени

свет небес

позакрылся теменью,

весь исчез.

 

                       

7

 

А мои русские к войне приучены,

едят, опершись на копьё;

жизнью измучены,

не ценят её.

 

А мои войска – рать несметная –

кроют землю собой,

а над ними – тьма беспросветная

и голос мой.

 

                       

8. Молитва перед битвой

 

Станьте, боги, мне обороной,

чтобы не тронул ни пеший, ни конный,

чтобы облетела стрела;

чтобы меч вокруг обвела

сила ваша необорная,

прогнала смерть чёрную.

 

Всякого, смерть, возьми, возьми –

меня оставь;

пусть ляжет костьми, костьми

вокруг меня навь.

 

Держи, кольчуга, кольца целыми,

оставь, рубаха, ткани белыми,

чтобы ничего не прошло насквозь,

чтобы кровью не залилось.

 

                       

9

 

Ох, стоит берёзка-берёзонька

у поля ровного, у леса дремучего,

играет берёзка листьями, ветвями.

Под тобой, белая,

под тобой, зелёная,

под тобою, милая,

под тобой, кудрявая,

и похоронят нас сегодняшних –

певцов,

ратников,

покойников.

 

***

 

А сегодня ты, берёзонька,

горюешь попусту,

а завтра будешь ты тоску-беду

оплакивать,

ветвями обмахивать,

стонать под вЕтрами

над нами мёртвыми.

 

                       

10

 

Избивают смертью нас –

в поле так снопы молотят:

сильный враг, в недобрый час,

смел, силён, умел в работе.

 

Мы ложимся, мы костьми

поле ровно устилаем,

Бог прости, война возьми –

к смерти вживе успеваем.

 

                       

11

 

Две чуждые крови

на поле сошлись,

две мёртвые крови

на землю лились…

 

Две крови враждебные

лились, мешались,

и травы целебные

сил напивались.

 

***

 

Тут будут высоко,

тут густо расти

от крови осока,

ковыль у пути,

 

тут будет богатая

сныть, лебеда,

трава-синь-заклятая –

ветра волна.

 

***

 

Тут будет до самой

пустующей степи –

травы густой, пряной

волненье и трепет.

 

                       

12

 

Валимся мы и враги под своим весом, весом железа,

калом и кровью исходим. ВОроны лязга страшатся,

крика предсмертного и высоко в небе чертят круги свои…

 

***

 

И началась битва, свалка, и стяги тяжолые плещут,

красными как языками смерть по нам лижет – по войску.

Стрелы взлетают со свистом и упадают со стонами.

 

***

 

Час перед битвой. Когда понимаешь, что смерть наступила.

Всё – уже поздно молиться; надевать шлем, кольчугу не надо.

Мёртвые воины, мы собрались тут для дела решённого.

 

                       

13

 

Нет для Руси беды

хуже, чем она сама,

обильней, чем её народ,

жесточе, чем его князья.

 

***

 

Нет для Руси правды

кроме большой войны.

Правды ждёт земля,

и народ на ней, и его князья.

 

                       

14

 

И по всем нашим делам – награда нам:

кому – смерть, кому – раны, кому – так,

верёвка на руки и долгий плен.

 

***

 

Далека ты, земля Русь, Родина, –

или здесь тоже ты, просторная,

непохожая на себя раскрасавица?

 

                       

15

 

Сидит князь промеж четырёх стен,

сидит князь на голой земле,

руками пошевелит – цепь загремит,

глазами поведёт – злоба поглядит,

сидит князь – время идёт,

сидит князь – времени ждёт.

 

                       

16

 

А по дому ходит отец –

стар, зол, силён, умён,

славы жнец, Руси швец –

страда седа, бел лён.

 

А по Руси ходит князь –

умный делатель дел,

его непреклонна власть –

и кто б на него посмел?

 

А под небом ходит царь –

един, на ком клином свет, –

головы кладёт в ларь

наши. И конца счёту нет.

 

           

17. Плач Ярославны

 

Кто тоскует по тебе,

князь мой Игорь? Я одна,

муж мой, свет в моей судьбе,

я одна тебе верна.

 

Мать твоя в сырой земле,

до тебя ли нынче ей:

помнит о сынке-тепле –

плен твой смерти холодней.

 

Дремлет старый отец-князь,

видит новую войну,

рать ведёт, и каждый раз

без тебя в бой, кто в плену.

 

Братья делят твой удел,

коршуны добычу рвут,

каждый на себя успел,

тебя, старшего, не ждут…

 

Неразумное дитё

о чём плачет? На весь свет

изобиделось, растёт

и не помнит, кого нет.

 

                       

18

 

А спорхни,

милая моя, с высокой стены,

спорхни мне навстречь;

на ветер лечь

немудрено,

как на полотно

невидимое, –

удержит на высотах,

широк размах

рук твоих,

полёт тих.

 

***

 

Полети над Русью весёлой,

свободной, юной,

под тобою города, сёла,

реки, как струны,

под тобой леса –

цветом зелёным,

дороги полоса –

огнём палёным,

под тобою веси, города.

Спаси меня! –

Да!

 

***

 

Что нам от женской любви?

Только тление в крови –

не поможет, не спасёт,

только сердце хмарь сосёт.

 

                       

19

 

Разделена враждой земля: кочует

война, мы – все на всех, мы – пища всем

чужим;

союзы наши кратки, неверны;

черна, своих попрала доблесть наша.

 

***

 

Так встань, земля, едина и сильна, –

единая, единым Богом ты

хранимая, смети с себя чужие

кровь, волю, веру, жизнь!

Пуста останься!

 

***

 

Кто русские здесь? Мериться кровями –

не в нашу пользу будет…

 

                       

20

 

Князь, мы по духу и крови… в родстве посчитались недальнем…

Князь, ты по духу и крови такой же, как мы, – дикой силы

данник, носитель, властитель. Союзник наш – нету прочнее

уз, чем какие позорны: их больно терпеть – и не сбросишь…

Не мы набегом, наплывом возьмём страну – ты, князь природный,

Русь приневолишь к ярму. Лети, наш сокОл, чёрный коршун,

лебедя бела когтить… Спеши, Игорь-князь, на свободу.

 

***

 

Тайными тропами, мимо жилья, мимо дыма людского,

где караулы сняты и не лают собаки.

Поутру

Игорь-князь плен покидает,

озираясь.

Вот тропка до дома!

 

                       

21

 

Так Одиссей идёт сквозь царство мёртвых,

идёт домой, и смерть чуть видным тленом,

легчайшей пылью серой на его

осела коже – смерть несёт в Итаку.

 

                       

22

 

Жёлтая кровь,

су-кровь,

злая,

степная!

 

Кровь в жилах,

князь в силах!

Кровь не истребить,

с нею жить!

 

***

 

Не той бойся крови,

что меч льёт,

а той бойся крови,

что в жилах течёт,

той, которая – душа,

той, которая чужа!

 

***

 

Гибель народа,

гибель всего

идёт к нам – свобода

уже под ногой.

 

                       

23

 

А вернулся князь –

как из смерти восстал;

он из смерти с собой

её лики забрал!

 

А вернулся князь –

его не узнать,

вернулся правду гнуть,

вернулся веру ломать.

 

***

 

Принёс к нам неволю,

из плена принёс,

на русскую долю

гробовый клал тёс.

 

                       

24

 

Обычаи твои новые,

к стране суровые.

Была Русь – святыня,

станет Русь – рабыня;

были мы людьми –

поляжем костьми

в поле бескрайнем лежать,

Родину поминать!

 

 

Заключение

 

Нестор – летописец,

баснописец,

старый лИсец,

умеющий словами,

играющий головами,

знающий, что было:

земля вспоила

соками своими,

дала имя,

дала земля бремя –

памяти время –

дала земля слепоту слепую,

работу большую…

 

И я там был,

воем выл,

от холода умирал,

голодом голодал,

я сиднем сидел,

я песни пел –

песни долгие, невесёлые,

жил года тяжолые,

жил, живу, поживаю,

нажитое проживаю!

 

По усам текло

хмельное суслО,

разымчивое зелье

для чёрного веселья.

По устам текла

мёртвая вода,

а живая, бела,

не пробована никогда…

 

Художник: Илья Глазунов

   
   
Нравится
   
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов