Две стороны войны – одна из них победа, а другая – гнёт чужеземца

5

3581 просмотр, кто смотрел, кто голосовал

АВТОР: Стацинский Владимир, Власов Виктор

 

Две стороны войны – одна из них победа, а другая – гнёт чужеземца… нам нужна победа,

одна на всех …

 

Б. Окуджава

 

 

31/01/2015 Вторая мировая война в Европе является не столько исключением по вовлечённости количества людей и государств – в военный конфликт, сколько продолжила бесконечную череду малых и больших войн, в  которых всегда проявлялись и мощь человеческого духа, и трусость либеральствующих правителей, больше боящихся своих подданных, нежели, захватчиков.

 

Пожалуй, ни одно десятилетие целостной мировой Цивилизации, возникшей или «рождённой» после знаменательных походов Александра Македонского, воплотившего свою идею единство Востока и Запада, было по-настоящему мирным. Масса войн, а их было десятки и сотни, приводили к прославлению одних, а это были победители, диктовавшие свою волю в виде контрибуций или простого ограбления жителей, и побеждённые – чьей участью стало долгое время влачить жалкое существование на глазах у всех. И, как обычно, войну затевали короли, а жестокую плату приходилось за всё отдавать народу. Поэтому частые королевские войны всегда носили близкий местнический, но варварский характер необузданного зрелостью и разумом желания короля-агрессора захвата земель, либо ценностей, обычно, у соседей по географической местности.

 

Две стороны войны – одна из них победа, а другая – гнёт чужеземцаДействительно, столкновение людей в форме войны почему-то всегда было тщеславным фоном для одних и тягостным последствием для других. Местами большинства локальных войн были места лучшие по климату и плодородию. За богатые земли сражались насмерть. Там складывался особый «менталитет» – быть под игом захватчика, жить в притеснениях как у своих правителей, ещё и оброк иноземцу платить. Война становилась сплошным негативным фоном жизнедеятельности. Потому желающих повоевать за чужие интересы находилось немного, и героизм носил форму единичных смелых поступков отважных людей. Локальные войны тянулись годами, создавая неблагоприятный фон в обществе и в стране. Однако ничего не менялось, оставаясь на месте вплоть до появления новых грабителей на чужие земли.

 

Дело приобретало другой оборот, когда в войну силой злого гения вначале втягивался один народ – по убеждению вождя, например, когда собственная безопасность государства доверялась и правителями одному, уж очень пассионарному гению. Происходило насыщение общественного социума страны по принципу «непротиворечие злу – насилием» (Л. Н. Толстой) до полного признания обычно великой национальной идеи (допустим): «Единая Европа» – у Наполеона или у Гитлера, «Германия – превыше всего». Так, собственно и возникали уже войны масштаба и перекроя мировой карты.

 

Две стороны войны – одна из них победа, а другая – гнёт чужеземцаПочему во время Второй Мировой войны различные европейские страны предпочитали сдаваться на милость фашистской Германии, а Советское государство силой своей Красной Армии стояло насмерть за каждый клочок родной земли? Вначале думалось, что война будет не долгой и обойдётся контрибуцией. Ведь память истории помнит, что заканчивались и столетние войны. Россия и прежде никогда не была ни разу побеждена никем (татаро-монгольское иго не в счёт – не у всех, простите, теперь глаза узкие). И это придавало сил защитникам Родины. Именно, общей для всех россиян родины, а не мелкое местничковое ополченство малых  государств. Советское государство крепко стояло на своих позициях только потому, что «отступать некуда». И это была не только столица Москва, это есть единая родина для всех. Да, мы, как сейчас говорят за рубежом о нас, россиянах – «русские», очень давно восприняли чувство державности, суть которой заключена в единстве народа, когда за спиной светлого воина вся континентальная громадность любимых полей и родных сердцу лесов.

 

Две стороны войны – одна из них победа, а другая – гнёт чужеземца

Жители России давно – со времён Святослава – приняли на себя право оберегать вещие места, как от варягов, так от гитлеровцев наши просторы и веси, сознавая себя небесными стражами земли русской. Где тот Наполеон, собравший под флаги единой Европы всех искателей военных приключений, когда они шестисот тысячной ордой пошли на наши просторы в России? Где они – любители поживиться чужим добром, когда ровно 660000 тысяч «фузей» приготовила Тула свои недругам? Где контрибуции, которые так хотелось привезти в Париж маленькому Бонапарту своей Жозефине в подарок? Ведь Бонапарт хорошо знал историю армии персидского «царя царей» – Фалия I, который сумел избавиться от своих языческих головорезов.

 

С очевидностью становится понятным, что хотел от России и Наполеон. Это безусловная победа, контрибуция и возможность… избавиться в армии от головорезов Европы – в бескрайних просторах российской империи. Так берегли народ его леса и степи, как и он, россиянин, свято верит в них. Эта вера зародилась впервые в деяниях русского князя Святослава, первым понявшего разумом и увидевшего в естественном единении в одном государстве пространство леса и степи, ясно дающие импульс понимания государственности всему народу – на великих континентальных просторах Евро-Азии.

 

Когда царь Фалий I попросту разорил и ограбил большую часть Европы, вознамерился с победой возвратиться в прекрасную Персию, то он вдруг заметил, что кругом каждый второй не перс, что каждый третий – просто бандит. Весело будет в многовековой Персии в присутствии на её земле «сброда» всей европейской братии. Вот тут-то прямой путь царя на родину обернулся практически неожиданным «заходом» войск... к скифам – свободным людям свободных просторов. Почему бы не раздавить кочевников на их же земле, аля-улю. Но впереди Днестр. Фалий приказывает собрать мост из дерева, то есть стволов для прохода повозок, конницы и пеших воинов и тут же остаться скрытно рядом. Он-то знал – куда идти дальше. Скифы широко использовали тактику «выжженной земли». Потому уже через две недели от бывших бравых вояк остались чумазые искатели приключений – голодные, без воды и надежды на победу. И тогда быстро собрав личную охрану, своих родственников и челядь, Фалий броском вернулся к реке и окриком вызвал мастеров, чтобы собрать мост обратно. Часть брёвен исчезло... Фалий приказал челяди и родственникам лезть в воду и держать брёвна на вытянутых руках, по которым и прошли повозки приближённых на другой берег. Тут же мост разобрали полностью. До сих пор идут разговоры, откуда в скифских степях находят в курганах изделия из южных стран. Их оставили те, кто грабил и убивал на своём пути.

 

Европейцы, не раз посягавшие на земли российский империи, самой сутью своего менталитета – есть жители приморских местностей. Их не пугают синие огромные пространства океана, но они приходили в состояние страха – именно, от просторов твёрдой земли, без края и конца. Даже грамотный Александр Македонский, житель прибрежных земель, не смог вести своих воинов вглубь материка. Психика бандитов не выдерживала этой нагрузки только потому, что завоеватели начинали понимать, что именно на континентальной земле им никогда не уйти от расплаты за свершённые преступления на земле. Здесь нет морской флибустьерской героики, когда приходят они из-за морей под парусами, как герои-корсары.

 

Две стороны войны – одна из них победа, а другая – гнёт чужеземцаВойна с Германией, а для нас отечественная война мирового масштаба, показала миру, как сложно и тяжело побеждать врага не только в одиночку, но и в слабом содружестве государств, не чувствующих для себя смертельной опасности в лице новых (даже по географии) апологетов партии войны. Увидят нас слабыми прежние друзья и новые враги, не почувствуют они нашу силу сплочённости, как это было в борьбе с фашизмом во Второй Мировой – жди незваных захватчиков. Наш дух силён. Гитлер всегда терялся в огромности России и заказывал мелкомасштабные карты, чтобы не разочаровываться в незнании географии. Ведь Москву, наряду с людьми защищали и мощные лесные заломы в сторону врага, которые не могли преодолеть даже тяжёлые танки, вынуждая их двигаться только по дорогам. И 28 панфиловцев держали оборону, потому что позади Москва, отступать некуда. Хотел ли первый важный фашист оставить мёрзнуть своих отборных вояк в российских степях – неизвестно, но Сталинград сделал это. Наш русский континентальный мороз крепко запомнился тем захватчикам, кто хотел сам участвовать во славе над порушенной российской землёй.  Как нерушима российская континентальность леса и степи, так и непобедим её народ. Едина наша слава на весь славянский мир.

 

Две стороны войны – одна из них победа, а другая – гнёт чужеземца

Парадокс: «Велика Россия, но отступать некуда» – это для врагов. А для нас, россиян, это и есть проявление российской само идентичности великого, континентального единства леса и степи, как завещал новому тогда государству русский князь Святослав. Тысяча лет для России – тоже пора её молодости. Да, сохранят нас родные просторы, не знающие ни одного поражения в веках. Континентальная российская державность всегда была недоступна для  понимания народов многих стран мира только потому, что равнина является жизненным простором всех россов. На этом просторе проживают в мирном соседстве народы и вместе идут по дорогам цивилизаций – со своим устойчивым мирным укладом, когда каждый знает, что просторы служат тем стражем, который хранит Россию во веки веков.

 

Будь начеку, Россия!  Быстрый, гибкий и стремительный Обама готовится к броску со стороны тёмных туч, собирающихся на границах Цивилизации, пока что вдали от наших просторов великой державы. Как завещали нам отцы, порох держите сухим, а победу готовьте холодным разумом и мощным интеллектом. А чувство Родины и наши победы, суть вековая порука и стремление россов к миру при отчаянной защите своего Отечества. Мы, светлые воины страны: с восходом на Камчатке – с заходом в Калининграде.

 

   
Нравится
   
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Яндекс цитирования
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов